Медогонка позволила освобождать соты, и соты повторно использовать. Но чтобы пользоваться этим, потребовалось третье изобретение. В 1867 году Иоганн Меринг изобрел вощину. Иоганн Меринг имел три профессии. Он был хорошим кондитером, выпекал вафли. Был хорошим гравёром. И он формы для вафель готовил, вырезал на них птичек, цветы там такие. И когда вафли пекли, они имели красивый вид. Там и птички были, и цветы. И конкурентов он своих побивал. У него охотно их покупали. А потом ему пришла в голову мысль — и пчеловод третьей профессии у него, — пришла в голову мысль, а что если взять, вырезать донышки ячеек этих пчелиных и залить воском, получить лист воска с донышками пчелиных ячеек. Он их тщательно измерил, все эти углы посчитал. И на грушевом дереве, вот у нас в Сибири тут груша это дальневосточное происхождение, у них рыхлая древесина, плохая. А в европейской части груша — это древесина крепкая, почти как слоновая кость. Вот на такой крепкой доске он вырезал ячейки, терпения неохватные, в одной и на другой доске. И потом залил воском, придавил, и когда застыл, он снял лист, вставил в рамку, пчелы отстроили. С тех пор стали изготавливать вощину. Когда мы стали давать в рамке вощину, то это фактически половина гнезда. Пчелы быстрее стали соты строить. И на медогонке соты освобождаем, мёда больше получаем. То есть продуктивность пасек резко поднялась. Значит, вот это три изобретения: улей Прокоповича, медогонка полковника Грушки и Иоганн Меринга вощина. Для этого еще потребовалось научное открытие — пчелиное пространство.