Александр Алексеенко

Стоит лишь войти в тайгу, оставив за спиной последний признак цивилизации — и ты попадаешь в мир, где законы пишутся не на бумаге, а на снегу. Здесь золотым правилом становится не «не укради», а «помоги тому, кто в пути». И главный символ этого негласного кодекса — деревянная дверь зимовья, что никогда запирается на замок. Я понял это не сразу. Первый раз, оказавшись в глухой тайге зимой и увидев желанное убежище с незапертой дверью, испытал скорее недоумение. «Неужели так просто?» — думал я, входя внутрь, где на столе лежали сухие продукты, в углу стояли банки с водой, а на полатях были сложены старые, но чистые одеяла. Но настоящую ценность этого правила мне показала история, которую рассказал старый проводник Михаил, когда мы однажды ночевали в подобном зимовье на берегу таёжной реки. «Это зимовье, — начал он, медленно раскуривая трубку, — построил в шестидесятых годах геолог Владимир. Место тогда было глухое, кедровый остров среди болот. Он работал здесь два сезона, жил в палатке,