Галина Газимова

Трактор ревел так, что закладывало уши. Павел сидел в кабине, сжимая рычаги побелевшими пальцами, и гнал железную махину по полю, не разбирая дороги. Плуг врезался в землю, выворачивал чёрные пласты, комья летели в стороны, но ему было мало. Хотелось рвать, крушить, ломать. — Слышь, Паш, тормози! — заорал напарник, свесившись с подножки. — Совсем ошалел? Границы не видишь? Павел выключил

Слухи в деревне разлетаются быстрее птиц. Не прошло и трёх дней с тех пор, как Устинья узнала о своей беременности, а уже вся деревня судачила об этом. Тётка Глафира постаралась — она первая заметила, что Устинья к фельдшерице бегала, и уж конечно, вызнала всё досконально. — Беременна Устинья-то! — тараторила она у колодца, окружённая бабами с вёдрами. — Слышали? От Захара, конечно, от кого ж