Наташа Джаман

Меня зовут Анна Круглова. Мне сорок три года. И на мне висит клеймо, от которого шарахаются соседи: судимость по статье 158 УК РФ. Кража. Для всех вокруг я — зэчка. Женщина, потерявшая три года жизни в колонии общего режима. Они шепчутся за моей спиной. Жалеют моего бывшего мужа, который поспешил развестись, пока я сидела. Осуждают. Но никто из них не знает правду. Я села в тюрьму не потому, что оступилась. Не потому, что мне нужны были деньги. Я совершила преступление специально. Я сделала это демонстративно, на глазах у полиции и камер наблюдения. В магазине электроники я украла телефон стоимостью тридцать тысяч рублей. Зачем? Чтобы получить конкретный срок. Именно три года колонии общего режима. Я точно знала, куда меня этапируют. В какую колонию. В какой отряд. Потому что там, за колючей проволокой, сидела женщина по имени Светлана Воронова. Женщина, которая убила мою семнадцатилетнюю дочь Катю три года назад. Она получила всего пять лет за «непредумышленное убийство». И она так и