Заходи...Поржём

Всю первую брачную ночь из бани разносились крики. Люди из деревни не смогли долго терпеть, вскрыли дверь и побледнели. Аполлинария была первой красавицей. Мать мечтала выдать её за богатого, чтобы жить в достатке. Полина даже школу не окончила, но родители уже нашли жениха — старого Илью Никифоровича. Девушка пыталась возражать, просила не губить её жизнь с дряхлым стариком. Отец, суровый Владимир Прокопьевич, обрубил: «Я решаю. Будешь готовить и прислуживать как шёлковая». Илья Никифорович приметил Полину ещё двенадцатилетней и ждал, когда подрастёт. С её жадными родителями договорились быстро. У Полины была единственная любовь — одноклассник Никита. Он предложил бежать, но девушка боялась: она несовершеннолетняя, их найдут. Тогда они придумали план. Полина сделала вид, что смирилась и рада богатству. Родители поверили и обрадовались. Свадьба прошла шумно. По традиции молодожёнов заперли в бане, которую жарко истопили с утра. Прошёл час, другой. Из-за двери доносились девичьи вскрики. Гости забеспокоились. Отец сорвал замок, распахнул тяжёлую дверь — и толпа ахнула...продолжение...  

"Внук толкнул бабушку в озеро, прекрасно зная, что она не умеет плавать и боится воды, просто ради шутки: родственники стояли рядом, смеялись, но никто из них даже не представлял, что сделает эта женщина, как только выберется из воды... Внук стоял у края пирса и улыбался так, будто сейчас собирался сделать что-то безобидное. — Бабушка, помнишь, ты говорила, что не умеешь плавать и всегда мечтала научиться? Она нервно поправила платок и посмотрела на воду. Озеро казалось тёмным и холодным. — Да, говорила. Но я боюсь воды. Очень боюсь. Не надо шутить так. — Хватит драматизировать, — рассмеялся девятнадцатилетний внук. — Ты просто себя накручиваешь. Она сделала шаг назад, но он оказался быстрее. Лёгкий толчок в спину — и её тело уже потеряло равновесие. Она сорвалась вниз, ударилась о воду и на секунду ушла под поверхность. Когда она вынырнула, в глазах был настоящий страх. — Помогите… я не могу… — её голос сорвался. Она пыталась ухватиться за доски пирса, но руки скользили по мокрому дереву. Одежда тянула вниз, дыхание сбивалось. Она барахталась, глотала воду, снова уходила под поверхность. На пирсе смеялись. — Снимай, снимай, это же эпик, — сказала невестка, держа телефон перед собой. — Ба, ну ты даёшь, актриса года, — крикнул второй внук. Родной сын стоял в стороне и криво улыбался. — Да она просто пугает нас, ей внимание нужно, — сказал он так спокойно, будто речь шла о плохой погоде. Она снова ушла под воду, и на секунду стало тихо. Но когда она вынырнула и закашлялась, смех продолжился. — Ну всё, хватит цирка, вылезай уже, — раздражённо сказала невестка. Никто не протянул руку. В какой-то момент она всё-таки дотянулась до края пирса, упёрлась локтями и с трудом выбралась. Она лежала на досках, тяжело дыша, с волос стекала вода, губы дрожали. Смех постепенно стих. Она медленно поднялась. Смотрела на них долго, без крика, без истерики. Только взгляд, в котором не было ни слёз, ни просьбы. И вот тогда она сделала то, от чего они остались в шоке...продолжение...