Казачка в поход казака провожала,
В дорогу пирог испекла на меду,
Щепотку земли в узелок завязала,
Чтоб память хранил он в далёком краю.
Махорку в кисет, да водицы во фляжку,
И хлеба краюху в походный мешок.
Платочек расшила серебряной нитью,
Чтоб помнил в дороге родимый порог.
Иконку с Христом положила в котомку,
И крестик нательный на грудь повязав,
Шептала молитву тихонько-тихонько,
Чтоб Бог сохранил от зла и расправ.
"Храни тебя небо в далёком походе,
Пусть ангел незримый укроет крылом.
Вернись невредимым в любую погоду,
Я жду тебя здесь, в нашем доме родном".
А конь у крыльца нетерпением бился,
Копытом стучал, будто всех торопил.
Казак на прощанье к жене приклонился,
И след от подков в ковыле проступил.
А сердце щемило, слеза набегала,
Но плакать не стала – в дорогу нельзя.
Рукой на прощанье она помахала,
И долго смотрела, стоя у плетня.
Платком белоснежным махала вдогонку,
Пока не растаял вдали силуэт.
И ветер степной подхватил её скорбный,
Печальный, как песня, прощальный привет.
Заря разливалась над степью безбрежной,
Казак растворился в тумане густом.
Казачка стоит одна у порога,
Печалью с разлукой окутан их дом.