Ввязалась сегодня ночью в тяжелый научный дискурс со своей одногруппницей еще по истфаку, которая вдруг застеснялась своего русского происхождения.

И описала русских характер, как инертный, безвольный и глупый, неспособный к обучению и от научного прогресса далекий, замкнутый и неспособный к сотрудничеству.
Я вообще не люблю играть на патриотических чувствах. Но мне есть, что сказать.
Дело в том, мои постоянные читатели, я по первому образованию этнограф. Не историк, этнограф. Я довольно поверхностно знаю историю России, не вспомню, например, основные тезисы речи Керенского в феврале 1905 года, но достаточно хорошо знаю, как жили люди на протяжении всей истории Государства Российского от славянских племен до сегодняшнего дня.
Этнография, как наука изучает жизнь народа, его этногенез, верования, материальную и духовную культуру. В принципе то, из чего складывается национальный менталитет.
Маловероятно, что я уложусь в один пост. В понедельник была у своего психотерапевта и говорила как раз с ним о долгах, которые накопила за всю свою жизнь. И один из моих долгов самой себе и семейной системе - я не стала ученым этнографом и меня это тяготит и манит одновременно. Наверное, я какое-то время буду писать об этнографии русского народа чтобы удовлетворить эту потребность.
Начнем с того, что славянские племена вышли из своего болотистого Полесья в период первого - пятого века н.э. Что было частью Великого переселения народов. Писать о причинах и следствиях переселения я не буду, сами прочитаете. Это есть в открытых источниках со всеми увлекательными подробностями. Но так сложилось, что к югу и западу от Полесья были обширные пустующие земли.
Наши предки славяне по этим землям немножко походили и заняли большую территорию, разделившись на западных, южных и восточных славян. Мы, русские, собственно и являемся потомками восточнославянской группы.
И вот мы сначала все вместе пошли на юг, ходили-ходили там, дошли до черного моря, а потом отделились и по притокам Днепра дошли до берега Ладожского озера. Где познакомились с финно - угорскими племенами, которые уже перешли к земледелию и ассимилировались с ними. Финно-угры переняли славянский язык. Непонятно почему это произошло, но это так. Хотя большинство топонимов финно-угорские. Славяне в то время уже объединились в союзы племен. Не отдельные группки, которые мечутся туда-сюда, а вполне устойчивые союзы.
Не надо думать, что наши предки были настолько глупыми, что добровольно выбрали самую холодную часть нашей планеты, тогда здесь еще было довольно тепло, примерно, как сейчас на Балканах.
Я не хочу, чтобы вы думали, что наши предки “понаехали” и захватили самые развитые и освоенные до них земли. Все народы мира в свое время пришли из Африки и расселились по всей планете. Мы все в этом мире понаехавшие. Просто кто-то чуть раньше, а кто-то чуть позже
Но вернемся к менталитету восточных славян и к тому, что мы такие, а не какие-то другие. Менталитет всегда складывается из образа жизни. Не образ жизни из менталитета, а наоборот.
Так вот. Про образ жизни. Заселив эти земли, славяне занимались земледелием. И достаточно долгое время, жили изолированно и своих ближайших соседей не интересовали. Земли было много. Уже похолодало. И никто сюда особо-то из соседей не стремился. Наша территория никогда не была кухней коммунальной квартиры, где все сидят друг у друга на головах. У нас так, свободненько.
А теперь про образ жизни. Когда говорят, а вот в Канаде тоже холодно и в Финляндии холодно, и в Швеции холодно. И на севере Германии холодно. У меня для вас новость. Там везде теплее. Причем сильно теплее.
Но природа-матушка сделала нам подарок - в летнее время у нас долгий световой день. Хоть за это спасибо. Земледельческий период у нас крайне короткий. Посевные работы мы начинаем в мае и сбор урожая заканчивается в сентябре. А потом зима. Большая. И это не европейская зима. Не плюс пять.
И поэтому большую часть года русские люди сидят в избе. Мужчины совершают короткие вылазки на охоту. А потом бегом домой. Опять сидеть в избе. Деревянной. Потому, что с камнем у нас тоже проблемы, если что. Урал и Сибирь мы еще не освоили, транспортировку не наладили, железную дорогу не построили, а легкого сланца, как во Франции у нас нет.
Традиционная русская изба выглядит так. В земле копают углубление, типа подвала, делают из глины печь, но не традиционную русскую печь, до нее еще десять веков. Ну, нету у нас подходящего камня, а массовое производство огнеупорного кирпича наладят только после освоения Урала. Пол избы выстилают еловыми ветвями. Над этим подвалом строят сооружение из бревен. Под потолком делают полати (это такие полки на которых люди спят). Французских окон в пол не делают. Понятно почему? Делают маленькие оконца в половину бревна. Все это не мои фантазии, а все это подтверждено археологическими раскопками.
И опять это обусловлено не ленью и отсутствием эстетического вкуса, а климатом. Стекла мы не делаем не потому, что не додумались. А потому, что угля у нас тоже нет. Урал пока не наш. Меди тоже нет. Но подождите немного, скоро все будет.
И вот сидим мы, хорошо, наши предки, на полатях в избе, которая топится по черному, дым стелется по полу, практически полная темнота. И в этой почти полной темноте, при лучине женщины занимаются рукоделием. Пока мужчины ловят зверье всякое мелкое на ужин.
Вот сложно этих людей назвать тупыми, инертными и безвольными. Вы можете себе представить безвольного человека, способного почти в полной темноте, когда в зимнее время очень короткий световой день, сплести практически на ощупь силки, а потом пойти в лес эти силки ставить? Вы можете себе представить безвольного человека, который освоил подсечно-огневой метод земледелия? Или безвольного человека, который способен за 4 месяца завершить годовой земледельческий цикл? И это не север Италии, где на склонах залитых солнцем предгорий растут оливки и виноград, а урожай маслянистых культур снимают два-три раза в год.
Да, русский народ действительно лежит на печи. Только до той русской печи, которая на картинках, еще много времени. Но потом эту печь переймет вся северная часть планеты.
Мы действительно такой тип людей, который действует “наскоком”, потому, что нам нужно сделать очень много за очень короткий период. Это во Франции представитель гильдии мастеров может делать изысканный стул из красного дерева два года. Мы не можем.
Под нашими жопками грубо сколоченные табуретки. И мы действительно многое делаем на “авось”. Потому, что когда у тебя страда, тебе нужно вырастить зерно, переработать его, запасти корм для скота, заготовить ягоды и мед, у тебя просто нет времени на изысканность и тебе проще обмотать веревочкой, чуть позже проволокой и сейчас изолентой. Но только на этой веревочке, проволоке и изоленте держится очень многое. И именно по этой причине, у нас такая огромная фантазия и такой богатый фольклор, мы очень много проживаем у себя в голове, сидя в темной избе.
И это точно не истории про тупых людей, не способных к обучению и освоению наук. Потому, что интеллект - это способность решать нестандартные задачи, нестандартными способами. Вырастить хлеб там, где ничего не растет, например.
Глупые, ленивые, инертные люди не придумают пословицу: “Терпение и труд все перетрут”. Мы люди способные одно и тоже действие повторять много раз, пока не получим удовлетворяющий нас результат. И мы люди способные наскоком осваивать новые земли, потому, что нам нужно домой, успеть к началу посевной.
Елена Пастернак