Светлодольская средняя общеобразовательная школа

Утро для Миланы началось с какофонии автомобильных сигналов под окном вместо будильника. Она вздрогнула, резко села на кровати и провела рукой по спутанным волосам. Взгляд метнулся к экрану телефона – половина восьмого! Неужели она забыла поставить будильник? Или он всё же звонил, но она, ужасно устав за последние дни, его просто не услышала? – Ну конечно, – пробормотала девушка, вскакивая с кровати. – Только этого не хватало! Она торопливо собралась, едва успев ополоснуть лицо холодной водой. В спешке схватила сумку, проверила ключи, телефон, кошелёк – всё на месте. Милана выбежала из дома, захлопнув дверь с тихим щелчком. На автобусной остановке уже толпились люди, все хмурые, укутанные в шарфы и пальто. Воздух был промозглым, сырость пробирала до костей. Милана нервно поглядывала на часы: до начала рабочего дня оставалось всего двадцать минут, а автобуса всё не было. – Опять опаздываю, – вздохнула она, доставая телефон, чтобы позвонить начальнику. Трубку взяли почти сразу. – Милана,

Собрание в третьем «Б» тянулось мучительно долго. Дарья Михайловна ёрзала на неудобном школьном стуле, едва помещаясь между партами. Её ноги затекали, но она терпела, стараясь не пропустить ни слова классной руководительницы, Ирины Викторовны. Речь шла о подготовке к празднику осени, о сборе макулатуры, о новом электронном дневнике. Рядом сидевшая мама в яркой кофточке что-то энергично записывала в блокнот, другая тихонько вздыхала, поглядывая на часы. За окном ноябрьский вечер стремительно густел, превращаясь в чернильную темень, и в стекло время от времени стучали первые крупинки снежной крупы. «Андрюша один дома, — беспокоилась Дарья. — Должен уроки делать». Но внутренний голос тут же успокаивал: сын уже большой, ответственный, не подведёт. Её Андрей был золотым ребёнком: сам делал уроки, после школы ходил в бассейн, по субботам помогал деду на даче. В его голубых, ясных глазах не было и тени той угрюмой замкнутости, которая сейчас так часто встречалась у подростков. Ему было де

Таня стояла у кухонного стола, аккуратно нарезая картошку и морковь на удивительно ровные кубики, словно именно от их формы зависел вкус будущего оливье. Запах варёных овощей смешивался с ароматом жарящегося мяса, которое мама переворачивала на сковороде. Из комнаты доносился басистый голос отца — он, как всегда, ворчал на запутавшуюся гирлянду, хотя каждый год говорил, что «в этот раз всё аккуратно сложил». Весь дом был наполнен той самой предновогодней суетой, которую Таня любила всеми фибрами души, — чуть суматошной, но удивительно тёплой. Она на секунду замерла, приподняв голову от нарезки, и с улыбкой посмотрела на мужа. Кирилл носился по комнате в маске волка, пытаясь поймать детей, которые визжали, спасаясь за диваном. Старшая, Лиза, ловко пряталась, будто маленькая лиса, а младший, Гоша, ещё путался в собственных ножках, но отважно пытался догнать сестричку. Таня вдруг с особой нежностью и теплотой подумала, что когда-то всё это — их общий дом, общий Новый год, общие дети — к