3 апреля

628
Персия и Византия заключают мир. Хазары и тюрки терзают Закавказье.
Положение Ирана было очень тяжёлым. Страна была совершенно истощена многолетней войной с Византией, которую персы проигрывали. Сил для продолжения борьбы не было. Шахиншах Кавад II немедленно отправил к Ираклию посольство, состоявшее по большей части из несторианских епископов, известив таким образом о смене власти и желании мира. В ответ Ираклий потребовал, помимо огромной контрибуции, освобождения всех пленных, возврата захваченных в Иерусалиме святынь, уступки ему всех захваченных при отце Кавада земель и немедленного вывода персидских гарнизонов и полевых армий со всей оккупированной территории Византии. Условия были приняты и 3 апреля 628 года мир был заключен.
Но если Ираклий и заключил с персами мир, то тюрки продолжали громить Закавказье. Весной объединённое тюрко-хазарское войско взяло Тифлис. В отместку за оскорбления, которыми грузины и персы во время первой осады награждали тюрок, каган приказал вырезать всех, кого тюрки смогли поймать, а грузинского царя и персидского марзбана замучить, ослепив и содрав кожу.
В более чем 400-летней череде византийско-персидских войн, стоит поговорить о том, что в борьбе за привлекательные земли недолго пропустить становление опасного противника.
Около 400 лет продолжались войны Византии и Персии (т.е. после воцарения династии Сасанидов). До этого ещё около 280 лет воевали Римская империя и Парфянское царство. Ещё ранее греческие полисы, если считать их предшественниками Рима, противостояли государству Ахеменидов. В целом это противостояние государств и культур, весьма условно разделяемых на «западные» и «восточные», продолжалось около 1000 лет. То есть битва завершала не только очередную серию конфликтов, но целую эру в истории средиземноморского региона.
Длительность этих войн позволяет сделать несложный пушкинский вывод: «Уже давно между собою / Враждуют эти племена / Не раз клонилась под грозою / То их, то наша сторона». Но последняя война (602-628) начиналась для персов исключительно хорошо. Византия, соответственно, вынуждена была вести её в условиях гражданских и религиозных конфликтов (недовольные действиями властей вольно или невольно выступали на стороне персов).
К 618 году, то есть спустя 16 лет с начала войны, Византия лишилась Сирии, Палестины, Египта. К тому же если в начале войны персы придерживались своей обычной тактики (грабили города или брали выкуп за снятие осады), то ближе к середине войны они перешли к удержанию византийских территорий. Всё шло к тому, что впервые за долгие годы противостояния персы нанесут действительно серьёзное поражение ромеям. Поражение, от которого те, возможно, не оправятся.
Но в 620-х всё изменилось. Теперь уже персам приходилось отвлекаться на подавление восстаний в покорённых землях и нести разорительные расходы на содержание армии. К тому же в 626 году персидский император Хосров II лишился одного из своих военачальников вместе со всей армией: Фаррухан Шахрвараз узнал, что император отдал приказ его казнить за подозрение в нелояльности и несколько военных поражений и предпочёл сдаться римлянам в обмен на обещание сохранить жизнь, оружие и пропуск в Персию. В результате Шахрвараз даже стал (630) правителем Персии, правда, всего на пару месяцев.
Сама же битва при Ниневии была исключительно эпична, с наличием всех кинематографических штампов. Древняя крепость. Встреча армий двух империй (примерно 50 тыс. персов и около 40 тыс. римлян). Бой двух полководцев – дважды раненый византийский император Ираклий убил персидского военачальника Рахзада. После почти суток боя – преследование разбитой армии персов. Хосрова II свергли спустя примерно три месяца после поражения, в основном за нежелание заключить мир с ромеями.
Как в погоне за чужим потерять своё
Весной 628 г. войско Ираклия, преодолев сопротивление персов, находилось уже на подступах к сасанидской столице, однако продвигаться дальше Ираклий был не в состоянии: его измотанному непрерывными боями войску преградили путь отборные отряды личной гвардии шахиншаха Хосрова II. Армия двинулась обратно в Закавказье, где чуть позже Ираклий узнал о совершившемся в Персии перевороте: Хосров Парвез был убит, а на престол придворной знатью был возведен его сын Кавад II, переживший отца всего на полгода и также павший жертвой заговора.
Обе державы были обескровлены. Хозяйство переднеазиатских областей и империи, и Персии было разорено. Сил для продолжения войны не было ни у одной из сторон. В итоге между Восточно-Римской империей и сасанидским Ираном в апреле 628 г. был подписан мирный договор, согласно которому восстанавливалось довоенное положение границ.
Как оказалось, максимальную выгоду от этой войны получат не побежденные - персы и даже не победители-византийцы. Две сверхдержавы своего времени так увлеклись войной друг с дружкой, что проглядели настоящую опасность, угрожавшую им обоим. Выждав, пока Империя Ромеев и Иран истощат друг друга в самой кровопролитной и разрушительной войне за всю историю их военно-политического противостояния, арабы-мусульмане в начале 630-х годов вторглись на территорию обоих недавних противников. В течение менее чем двух десятилетий держава Сасанидов была полностью завоевана. В 634 году арабы начали войну и с Восточной-Римской империей, а к 640 году они уже покорили Палестину, Сирию и Египет.
Эту в первую очередь следует помнить современной Турции, чьи южные границы – бывшая северная граница Арабского халифата.
1211
Монголы завершили покорение Южной Сибири. Началась первая китайская кампания Чингисхана.
Монгольский поход на Цзинь начался в марте 1211 года. Чингисхан лично возглавил нашествие почти стотысячной армии монголов. Перед выступлением в поход, в феврале 1211 года, он сделал сбор сил на реке Керулен, где к нему присоединились недавно приобретённые союзники — карлуки и уйгуры. С Керулена они выступили к озеру Далай-Нур. От Далай-нура основная часть войска под командованием Чингисхана пошла на юго-запад, к границам современной провинции Шаньси, в общем направлении на Западную столицу Цзинь, проводниками были онгуты (чей вождь — Алахуш-дигитхури — порвал с вассалитетом Цзинь и перешёл на сторону Чингисхана). Остальная часть войска под командованием Джэбэ отправилась на юго-восток — к Восточной столице Цзинь.
1652
Первое боестолкновение русских и маньчжур у Ачанского острога на Амуре.
В ожесточенном бою, русские казаки, численностью около 200 человек, под командованием Е.П. Хабарова не только сняли осаду острога более чем полуторатысячным отрядом маньчжур и даурского ополчения, но и «их, богдойских людей, и силу их всю божиею милостию и государьским счастьем и нашим радением их, собак, побили многих». Точнее – было насчитано 676 тел неприятеля, а потери русских составили 10 погибших (2 служилых человека и 8 из охочих казаков) и 78 раненых, которые «все оздоровели». Было взято в качестве трофеев почти все тяжелое вооружение маньчжуров: обе маньчжурские «пушки железные» и 17 «пищалей скорострельных».
Несмотря на победу, русские понимали, что столкнулись с гораздо более серьёзным противником, чем отряды местных племен. Весной 1652 г. русский отряд оставил Ачанский острог и ушёл вверх по Амуру, Сообщая в Якутск о произошедшем, Хабаров объяснял, что не может со своим отрядом без поддержки закрепиться в среднем Приамурье: «А в Даурской земли на усть Зеи и на усть Шингалу (Сунгари) теми людьми сесть не смеем, потому что тут Богдоева (Китайская) земля близко, и войско приходит на нас большое с огненным оружьем и с пушками и с мелким оружьем огненным, чтоб государеве казни порухи не учинить и голов казачьих напрасно не потерять»[1]. Одновременно Хабаров пытался завязать через дючеров мирные переговоры с маньчжурами.
В Цинском Китае также оценили нового противника, с которым было трудно справиться имевшимися на границе малыми силами. Наказанных за поражение Хайсэ и Сифу в Нингуте сменил в качестве командующего известный маньчжурский полководец Шархуда, который начал планомерно готовиться к боевым действиям против русских — организация многочисленного войска из местного населения, строительство речного флота, подготовка продовольственных запасов и т. д. В дальнейшем Шархуде удалось переломить ход военных действий в свою сторону. В следующем сражении на Сунгари маньчжуры уже добились успеха.
1881
На Семёновском плацу в Петербурге повешены пятеро народовольцев-«первомартовцев»: крестьянин Андрей Желябов, дворянка Софья Перовская, сын священника Николай Кибальчич, рабочий Тимофей Михайлов и мещанин Николай Рысаков.
Шестой участнице покушения на Александра II «хозяйке» конспиративной квартиры народовольцев Гесе Гельфман смертная казнь в связи с беременностью была отложена и позднее заменена пожизненным заключением. Гельфман умерла в тюрьме в феврале 1882 года после тяжёлой болезни, вызванной неудачными родами.
Андрей Иванов, доктор исторических наук:
Показательная экзекуция над С.Перовской, А.Желябовым, Н.Рысаковым, А.Кибальчичем и Т.Михайловым, стоявшими на эшафоте в длинных черных халатах и с табличками на груди «цареубийца», стала последней в России публичной смертной казнью.
Все террористы были довольно молодыми людьми. Андрею Желябову, сыну крепостного крестьянина, старшему из всех казненных, было 30 лет. Софье Перовской, дочери бывшего петербургского губернатора - 27. Столько же было и Николаю Кибальчичу - сыну священника и талантливому изобретателю. Рабочему Тимофею Михайлову было всего 22 года, а мещанину Николаю Рысакову, сдавшему на следствии своих сообщников - только 20 лет. Помимо этой пятерки к смертной казни также была приговорена и 27-летняя Геся Гельфман, но приговор был заменен бессрочной каторгой, так как террористка оказалась беременной, а согласно действовавшим тогда законам, казнить беременных женщин запрещалось ввиду невинности ребенка (практически сразу же после родов революционерка умерла от гнойного воспаления брюшины).
Казни предшествовал публичный судебный процесс, состоявшийся 26-29 марта 1881 г. Стоя перед большим портретом убитого ими Государя, народовольцы пытались доказать обществу, что борьба их была благородна, а цели - нравственными. «Весьма занимательно было выслушать этих несчастных фанатиков, - записал в дневнике военный министр Д.А.Милютин, - спокойно и почти с хвастовством рассказывавших о своих злодейских проделках, как будто о каких-нибудь подвигах и заслугах. Более всех рисовался Желябов; эта личность выдающаяся. Он прочел нам целую лекцию об организации социалистических кружков и развил бы всю теорию социалистов, если б председатель (сенатор Фукс) дал ему волю говорить. Желябов не отпирался в своем руководящем участии в покушениях на цареубийство: и в 1879 году под Александровым, и в подкопе в Малой Садовой, и, наконец, 1 марта на Екатерининском канале. Перовская также выставляла себя с цинизмом деятельною участницей в целом ряде преступных действий; настойчивость и жестокосердие, с которыми она действовала, поражали противоположностью с ее тщедушным и почти скромным видом. Хотя ей 26 лет, но она имеет вид неразвившейся еще девочки. Затем Кибальчич говорил складно, с энергией и обрисовал свою роль в организации заговора - специалиста-техника. (...) Михайлов имел вид простого мастерового и выставлял себя борцом за освобождение рабочего люда от тяжкого гнета капиталистов, покровительствуемых правительством. Еврейка Гельфман говорила бесцветно (...) Наконец, Рысаков, на вид мальчишка, говорил как школьник на экзамене. Очевидно было, что он поддался соблазну по легкомыслию и был послушным исполнителем распоряжений Желябова и Перовской».
Суд над народовольцами
Примерно также оценивал цареубийц и государственный секретарь Е.А.Перетц, по мнению которого Рысаков - «несчастный юноша» и «слепое орудие»; Михайлов - «дурак»; Кибальчич - «очень умный и талантливый, но озлобленный человек»; Желябов - «похож на ловкого приказчика», говорящий «громкие фразы и рисующийся»; Перовская - «должна владеть замечательною силой воли и влиянием на других».
Но наиболее сильное впечатление произвела на присутствовавших блестящая речь прокурора Н.В.Муравьва (будущего министра юстиции).
По словам Муравьева, «судебное следствие, полное потрясающих фактов и страшных подробностей, раскрыло такую мрачную бездну человеческой гибели, такую ужасающую картину извращения всех человеческих чувств и инстинктов», что судьям «понадобится все мужество и все хладнокровие гражданина, пред которым внезапно открылась зияющая глубокая язва родины, и от которого эта родина ждет первого ближайшего спешного средства для своего исцеления».
Прокурор Н.В.Муравьев
«Совершилось событие неслыханное и невиданное, - продолжал Муравьев, - на нашу долю выпала печальная участь быть современниками и свидетелями преступления, подобного которому не знает история человечества. Великий царь-освободитель, благословляемый миллионами вековых рабов, которым он даровал свободу, Государь, открывший своей обширной стране новые пути к развитию и благоденствию, человек, чья личная кротость и возвышенное благородство помыслов и деяний были хорошо известны всему цивилизованному миру, словом, тот, на ком в течение четверти столетия покоились все лучшие надежды русского народа - пал мученическою смертью на улицах своей столицы, среди белого дня, среди кипящей кругом жизни и верного престолу населения».
Увидев на лице Желябова глумливую улыбку, прокурор произнес слова, облетевшие всю Россию: «когда люди плачут - Желябовы смеются». Говоря о «Народной воле», Муравьев заметил, что то, что подсудимые величают «пышным названием партии», «закон спокойно называет преступным тайным сообществом, а здравомыслящие, честные, но возмущенные русские люди зовут подпольною бандою, шайкою политических убийц». Перечислив улики, изобличающие подсудимых и дав развернутые характеристики террористам, прокурор, обращаясь к суду, резюмировал: «Мы не вправе оказывать им ни малейшего снисхождения. (...) Безнадежно суровы и тяжки эти последствия, определяющие ту высшую кару, которая отнимает у преступника самое дорогое из человеческих благ - жизнь. Но она законна, необходима, она должна поразить преступников цареубийства. (...) Она необходима потому, что против цареубийц и крамольников нет другого средства государственной самозащиты. Человеческое правосудие с ужасом останавливается перед их преступлениями и с содроганием убеждается, что тем, кого оно заклеймило, не может быть места среди Божьего мира. Отрицатели веры, бойцы всемирного разрушения и всеобщего дикого безначалия, противники нравственности, беспощадные развратители молодости, всюду несут они свою страшную проповедь бунта и крови, отмечая убийствами свой отвратительный след. Дальше им идти некуда: 1-го марта, они переполнили меру злодейств. Довольно выстрадала из-за них наша родина, которую они запятнали драгоценною царскою кровью, - и в вашем лице Россия свершит над ними свой суд. Да будет же убийство величайшего из монархов последним деянием их земного преступного поприща. Людьми отвергнутые, отечеством проклятые, перед правосудием всевышнего Бога пусть дадут они ответ в своих злодеяниях и потрясенной России возвратят ее мир и спокойствие».
Подсудимые народовольцы
Приговор всем шестерым гласил - смертная казнь через повешение. С просьбами о помиловании обратились лишь Рысаков и Кибальчич, но они были отклонены. И хотя по мнению прокурора Н.В.Муравьева «между истинно честными людьми не найдется и не может найтись ни одного, сколько-нибудь сочувствующего им (цареубийцам) человека», таковые нашлись. С призывом помиловать террористов и «не противиться злу» к Императору обратились сперва (еще до суда) писатель Л.Н.Толстой, а затем, когда приговор был оглашен, - философ В.С.Соловьев, утверждавший, что того требует христианский идеал русского народа. В связи с этим обер-прокурор Св. Синода К.П.Победоносцев писал Императору Александру III: «Люди так развратились в мыслях, что иные считают возможным избавление осужденных преступников от смертной казни. Уже распространяется между русскими людьми страх, что могут представить Вашему Величеству извращенные мысли и убедить Вас к помилованию преступников. (...) Может ли это случиться? Нет, нет, и тысячу раз нет - этого быть не может, чтобы Вы перед лицом всего народа русского, в такую минуту простили убийц отца Вашего, русского Государя, за кровь которого вся земля (кроме немногих, ослабевших умом и сердцем) требует мщения и громко ропщет, что оно замедляется. Если бы это могло случиться, верьте мне, Государь, это будет принято за грех великий, и поколеблет сердца всех Ваших подданных. Я русский человек, живу посреди русских и знаю, что чувствует народ и чего требует. В эту минуту все жаждут возмездия. Тот из этих злодеев, кто избежит смерти, будет тотчас же строить новые ковы. Ради Бога, Ваше Величество, - да не проникнет в сердце Вам голос лести и мечтательности». «Будьте спокойны, - ответил Государь Победоносцеву, - с подобными предложениями ко мне не посмеет прийти никто, и что все шестеро будут повешены, за это я ручаюсь».
Отказ от исповеди
В пятницу, 3 апреля, в холодное и пасмурное утро, доставленные под охраной полиции и войск на «позорных колесницах» на Семеновский плац, пятеро из шести злоумышленников были казнены. Накануне казни к каждому из осужденных был направлен православный священник, чтобы принять исповедь и напутствовать их. Рысаков и Михайлов охотно приняли пастырей и исповедовались, Кибальчич согласился лишь на «дискуссию» со священником, но от исповеди отказался. Желябов и Перовская категорически отказались от общение с пастырем.
К 9:30 все было кончено. Военный врач запротоколировал смерть, после чего трупы казненных положили в черные гробы и под конвоем отправили на кладбище. Отмечая в дневнике события этого дня, генеральша А.В.Богданович записала: «У нас было много народу, каждый приходил с разными подробностями. Только один человек сказал, что видел людей, им (террористам) выражавший сочувствие, - все в один голос говорят, что толпа жаждала их казни».
1922
На Пленуме ЦК РКП(б) вводится должность Генерального секретаря ЦК ВКП(б), им избирается 43-летний И.В. СТАЛИН и пробудет на этом посту почти 31 год.
Замечание Ленина о том, что ответственный секретарь - это не техническая, а политическая фигура важно для понимания того, почему именно Сталин в итоге сменил Молотова на этом посту. На Секретариат ЦК были возложены важнейшие функции, связанные с бесперебойной работой ЦК, подготовкой повесток заседаний Политбюро и Оргбюро, рассылкой необходимых материалов, в том числе протоколов заседаний высших партийных органов, политической элите. Молотов был не более чем ответственным исполнителем (за что, если верить современникам, получил от вождя прилипшее к нему на всю жизнь прозвище "каменная задница"6) и наполнить политическим содержанием деятельность Секретариата так и не смог. Ленин систематически критиковал его за то, что тот развел в ЦК бумажную волокиту.
Мог ли в 1922 г. кто-то другой занять пост генсека? Едва ли. Следует признать, что в начале 1920-х партийная работа вовсе не считалась престижной. Больше никто из высшего политического руководства не изъявил желания возглавить Секретариат ЦК и взять на себя ответственность за функционирование всего партаппарата Советской Республики. Ленин никогда не стремился стать официальным руководителем - его позиция лидера и без того была неоспорима, кроме того, он стал постепенно отходить от дел из-за болезни. Другие члены Политбюро, избранные на XI съезде РКП(б), еще меньше думали о партийной работе: Троцкий был занят военными делами, Зиновьев - Коминтерном, Каменев и Рыков - работой в правительстве, а Томский даже позже, в период открытой политической борьбы, не выказывал каких-либо лидерских амбиций. Пожалуй, один только будущий отец народов разглядел потенциал ЦК в грядущее мирное время, когда чрезвычайные структуры утратят свое влияние.
Сталин сделал из ЦК партии главный центр информации: теперь в аппарате ЦК концентрировались сведения обо всем, что происходило в стране. Он же стал инициатором создания общепартийного делопроизводства, которое вплоть до 1991 г. пронизывало партийные, государственные и даже общественные организации. При нем работа отделов приобрела нормативно-правовой характер - для каждой из структур ЦК были утверждены свои положения, а сердцем всей делопроизводственной работы ЦК стало Бюро Секретариата, возглавил которое первый помощник генсека А.М. Назаретян.
К осени 1922 г. Сталин добился главного - наладил связь ЦК не только с низовыми партийными организациями, но и с государственным аппаратом управления, со всеми элементами политической системы общества, то есть реализовал все, что не смогли сделать его предшественники. Поэтому когда на политическом горизонте стали сгущаться тучи, Сталин уже полностью опирался на подчиненный ему ЦК. Об опасностях, которые таила в себе необъятная власть, сосредоточенная в руках генсека, как раз и предупреждал Ленин соратников в своем "политическом завещании"...
С 1934 г. Сталин перестал подписываться "генеральным секретарем": отныне и вплоть до самой смерти он "скромно" именовался секретарем ЦК16. И неслучайно: расправившись с политическими оппонентами, он таким образом окончательно снял с себя клеймо ленинского "завещания". Ведь вождь писал о необъятной власти генсека и о грубости как недостатке, "нетерпимом в должности генсека". Что ж, нет генсека - нет проблем.
После смерти Сталина, в марте 1953 г. коллективное руководство страны передало функции руководителя аппарата ЦК Н.С. Хрущеву, а уже в сентябре он получил "повышение" до первого секретаря ЦК КПСС. Новая должность стала своеобразной наградой Никите Сергеевичу за решительную борьбу с Берией и за формирование программы развития сельского хозяйства. После отставки Хрущева в октябре 1964 г. его место занял Л.И. Брежнев. Полтора года спустя Леонид Ильич инициировал возвращение в ЦК партии титула сталинских времен.
Как и в случае с 1922 годом, мы не располагаем документами, которые бы напрямую объясняли, почему Брежнев решил вернуть наименование "генеральный секретарь", но можем предположить, что таким образом он пытался укрепить и свой авторитет, и авторитет Секретариата ЦК - "мозга партии"14. Не случайно Брежнев поднимал этот вопрос на совещании секретарей ЦК накануне XXIII съезда: "К вопросу о генеральном секретаре. Это еще более мучительный вопрос. ... Меня интересует результат, как это будет воспринято в партии и укрепит ли это престиж нашего высшего органа партии".
Как видно, Брежнев не ошибся - партия восприняла инициативу на ура, и возрожденная должность генсека просуществовала вплоть до распада СССР.
1990
Над львовской ратушей впервые на Украине официально поднят сине-жёлтый флаг, ставший впоследствии флагом Украинской ССР, Украины.
Отметим, что в 1990 году продолжала существовать УССР, а до провозглашения независимости Украины оставалось еще полтора года.
Цвет будущего флага Украины уходит далеко в 1410 год. При Грюнвальдской битве, когда Королевство Польское рубилось против Тевтонского ордена, на стороне поляков участвовали львовские бойцы со своей хоругвью. Герб у них был в виде желтого льва на лазурном поле.
Флаг Украины больше ассоциируется с пейзажем спелого пшеничного поля под ясным небом, что вполне традиционно для хозяйственной жизни казака. Как такового флага у них не было, были гербы, знамена, но с обязательным желто-голубым колором. Его везде использовали запорожские казаки с 16 века.
В 1803 году император Александр I пожаловал казачьему черноморскому войску знамена желто-голубых цветов.
В 1917 году на фоне революции Украина впервые смогла издать закон о государственном флаге и гербе. Флаг военного флота - золотой трезубец на голубо-желтом полотне. В составе СССР Украине оставили желто-голубой колор, но на главном красном фоне новой страны.
Во время ВОВ в 1941-1942 годах полицаи и бендеровцы использовали народную символику на одежде, как знаки отличия. Только у полицаев желтый цвет был сверху, а у бендеровцев снизу.
Интересный факт: среди славянских флагов, только Украина и Босния не имеют красного цвета.
#даты