Елена Тарновецкая

В ночь на 20 октября 1812 года две тысячи русских егерей и гренадер молча, без единого звука, подбирались к персидскому лагерю у Асландузского брода. Тридцать тысяч персов спали, уверенные, что горстка оборванцев на другом берегу Аракса не осмелится и носу высунуть. Тридцатилетний Генерал Котляревский шёл впереди колонны. Через несколько часов лучшая армия Персии перестанет существовать, останутся трофейные пушки, да ещё наследник персидского престола, улепётывающий налегке за Аракс. Село Ольховатка Харьковской губернии, 12 июня 1782 года. В семье приходского священника Степана Яковлевича Котляревского родился сын Пётр. Отец, человек скромного достатка, но с головой на плечах, при первой же возможности отдал мальчика в Харьковский духовный коллегиум и не прогадал: Петруша учился так, что преподаватели только руками разводили. В десять лет мальчишка сидел уже в классе риторики, обгоняя сверстников (что само по себе неплохо для будущего генерала, хотя о генеральстве тогда и речи не шл

Шел как-то император Николай I ночью по столице — любил проверять посты. Навстречу ему прапорщик (в то время — низший офицерский чин) одной из инженерных частей. Увидел царя и вытянулся во фронт. — Откуда ты? — спрашивает император. — Из депа, Ваше Величество! — Дурак, разве «депо» склоняется? — Все склоняется перед Вашим Величеством. Николай любил, когда перед ним склонялись, и прапорщик проснулся капитаном. *** Младший брат императора Николая I великий князь Михаил Павлович писал до такой степени дурно и неразборчиво, что иногда писем его нельзя было прочитать. Генерал Алексей Петрович Ермолов, находившийся с ним в постоянной переписке, часто говорил ему об этом. Раз они не виделись четыре месяца, и в течение этого времени Ермолов получил от великого князя несколько писем. При свидании Михаил Павлович спросил его: — Ну что, ты разобрал мои письма? Ермолов отвечал, что в иных местах попытка удалась, а вот в других — нет. — Так принеси их, я прочту тебе, — сказал великий князь. Ермолов