Андрей УРЯШЕВ

Эксклюзив: место, где ломались самые непробиваемые авторитеты, где «общак» не работал, а «понятия» просто сгорали в печке-буржуйке Представьте остров посреди Белого озера. 300 метров в длину, 200 в ширину. Ни одного дерева выше человеческого роста. Зимой −45 °C, летом комары размером с воробья. На этом острове — бывший Кирилло-Новозерский монастырь XVI века, превращённый в 1997 году в ИК-1 УФСИН России по Вологодской области. Официальное название — ФКУ ИК-1. Неофициальное — «Вологодский пятак». Самое страшное слово в российском криминальном мире. За 27 лет существования «Пятака» туда попали: Из них официально «раскороновались» или написали отказ от воровского звания — 9 человек. Неофициально — почти все, кто вышел живым. Особенность «Вологодского пятака» — это не стены и не вышки. Это правила, которые не покупались ни за какие деньги: Самое главное — на «Пятаке» никогда не было «красного» режима. Начальники менялись, но правило оставалось железным: никаких поблажек никому. Даже если т

Эксклюзив: место, где ломались самые непробиваемые авторитеты, где «общак» не работал, а «понятия» просто сгорали в печке-буржуйке Представьте остров посреди Белого озера. 300 метров в длину, 200 в ширину. Ни одного дерева выше человеческого роста. Зимой −45 °C, летом комары размером с воробья. На этом острове — бывший Кирилло-Новозерский монастырь XVI века, превращённый в 1997 году в ИК-1 УФСИН России по Вологодской области. Официальное название — ФКУ ИК-1. Неофициальное — «Вологодский пятак». Самое страшное слово в российском криминальном мире. За 27 лет существования «Пятака» туда попали: Из них официально «раскороновались» или написали отказ от воровского звания — 9 человек. Неофициально — почти все, кто вышел живым. Особенность «Вологодского пятака» — это не стены и не вышки. Это правила, которые не покупались ни за какие деньги: Самое главное — на «Пятаке» никогда не было «красного» режима. Начальники менялись, но правило оставалось железным: никаких поблажек никому. Даже если т