Татьяна Гриценко

Пион — это не просто цветок, это семейная реликвия. У меня на участке растет куст, который сажала еще моя бабушка. И каждый год в конце апреля я подхожу к этим красноватым "клювикам", пробивающимся из земли, с одним и тем же трепетом. Ошибиться сейчас — значит остаться без этих пьянящих, тяжелых шапок в июне. Весенний уход за пионами короткий, но если его скомкать, цветок вам этого не простит. Рассказываю свой пошаговый план на вторую половину апреля и май, без заумных терминов, так, как делаю сама. Первое дело: Хирургическая чистка и "розовый душ" Как только ростки достигли высоты 5-10 сантиметров (обычно это конец апреля или самое начало мая), я беру в руки лейку, но не с водой. Сначала — с марганцовкой. Видите эти красноватые, коренастые побеги? Внутри них уже спрятаны будущие бутоны. Но в этой же плоти обожает селиться серая гниль. Прошлогодние листья, которые мы не убрали с осени, — это инкубатор для заразы. Поэтому я делаю две вещи строго в паре: 1. Обрезка "под нож" (но ак

Восемнадцать лет брака и ни одного совместного фото в открытом доступе. Ни одного интервью о быте. Ни одного намёка на ссору или скандал. В эпоху, когда личную жизнь выкладывают по сторис, это выглядит либо безумием, либо высшим пилотажем. И вот тут возникает вопрос: как человек, который на экране воплощает вечно растерянного, нелепого, но чертовски обаятельного оперуполномоченного, в реальности оказался таким железным хранителем собственных границ? Может, дело в том, что зрители любят Гнездилова именно за то, чего у самого Жонина нет? Давайте разбираться. Судьба у Михаила вообще-то складывалась так, чтобы он оставался за кадром. Родился в маленьком городке на Днепре, где никто не ждал будущей звезды. В школе сам освоил инструменты, танцевал, часами смотрел кино, но всерьёз это никто не воспринимал. Потом был театральный институт в Киеве, курс Николая Рушковского, и вдруг оказалось, что его главный инструмент - не пластика и не эффектная внешность, а голос. Сейчас этим голосом говорят