Вероника Мамаева-Миренкова

Ключ щёлкнул в замке нашей новенькой квартиры. Мы с Максимом, уставшие, но счастливые, ввалились в пустоту, полную возможностей. Два дня мы носились как угорелые: разбирали коробки, спорили о месте дивана, смеялись над криво повешенной первой полкой. Это был наш хаос, наше начало. На третий день утром звонок в домофон оборвал идиллию. Я подошла к панели. — Кто? — спросила я, ещё не проснувшись толком. — Это я, родная! — раздался знакомый, слишком бодрый для субботнего утра голос. — Откройте! Мама приехала! Свекровь. Из города за тысячу километров. Без звонка, без предупреждения. Максим, услышав голос, растерянно почесал затылок: — Мам? Ты чего? Мы же не ждали... — Зачем ждать-то? — её голос звучал так, словно она уже стояла рядом. — Мне не нужно приглашение, я же не чужой человек! Приехала помочь вам обжиться, миленькие. Тут столько дел! Открывайте скорее! Миленькие. От этого слова меня передёрнуло. Мы впустили ураган с огромным чемоданом. — Ох, какая пустота! — воскликнула она, перес

— Вы хотите вернуть девочку? — Специалист отдела опеки строго смотрела на Ксению. — Я думаю об этом, — не отводя взгляда, ответила та. — Теоретически, отказаться, конечно, можно, но вы понимаете, какую травму нанесете ребенку? — Понимаю. Но я не знаю, что делать. Вы точно все нам про нее рассказали? Специалист вздохнула, поджав губы. Ксения в детстве мечтала о сестре. Росла она в семье, где кроме нее было двое родных братьев на год и на два старше и четверо двоюродных, тоже примерно ровесники. Все жили поблизости, вместе гуляли. Она наравне со всеми участвовала во всех мальчишеских играх, была полноправным членом их банды, своим пацаном. И хотя она умела виртуозно сплевывать между зубов и громко свистеть, прекрасно ладила с мальчишками, женского общества очень не хватало. Мама, Таисия Антоновна, не в счет, у нее не было времени на задушевные разговоры и игры с дочерью. Ее основная забота — накормить, обуть, одеть, убрать, еще и на работу каждый день, а на нежности у нее не хватало рес