Галина Астафьева

Николай Иванович, а для всех соседей просто дед Коля, любил начинать день с рыбалки. Вставал затемно, брал удочки, термос с горячим чаем и уходил на реку, что текла в полукилометре от его дома. Деревня, где он жил, называлась Бережки — небольшая, всего дворов тридцать, затерянная среди лесов и полей. Здесь Николай поселился десять лет назад, когда вышел на пенсию. До этого работал учителем в городе, преподавал историю в школе, а на старости лет потянуло на землю, к тишине, к природе. Жена ум..рла пять лет назад, дети выросли и разъехались: дочь в Москву, сын в Питер. Приезжали редко, звали к себе, но Николай отказывался. Как он оставит свой дом, свой сад, свою реку? Река в том месте делала излучину, вода текла медленно, и у старой ивы, склонившейся над водой, всегда клевало. Николай забросил удочку, пристроился на складном стульчике, глядел на поплавок. Утро выдалось тихое, туман стелился над водой, где-то перекликались птицы, в кустах возилась какая-то мелочь. Рыбаки знают: лучшее в

Он смотрел на отчима не детскими — колючими, взрослыми глазами. В 13 лет Алексей Макаров уже знал, что мир несправедлив. Мать слишком занята, чтобы забирать его из интерната, а тут еще появился этот бородатый мужчина, который считал, что имеет право учить жизни через боль. — Я не прощу тебе этого ремня никогда, — голос подростка не дрожал, хотя спина горела огнем после очередной «порки» за тройку по алгебре. — В моем доме дерзость терпеть не намерен, — чеканил Сергей Цигаль, перехватывая ремень поудобнее. Между ними, задыхаясь от бессилия, металась та, кого миллионы знали как советскую Софи Лорен, женщину-праздник, искрометную Любовь Полищук. На экране она смешила зрителей до колик, заряжая энергией. А в роскошной квартире в Большом Казенном переулке она плакала в ванной, зажав рот полотенцем, чтобы не слышали дети. Между родным сыном и мужчиной, Любовь Григорьевна выбрала мужчину. Она закрыла глаза на его методы воспитания, надеясь, что «всё утрясется», не утряслось. Спустя годы гореч

1849 год, Лахор. Десятилетний махараджа Дулип Сингх, последний правитель Сикхской империи, сидит в тронном зале своего дворца. Перед ним стоят британские офицеры, а в руках генерал-губернатора Джеймса Дэлхаузи поблескивает камень размером с куриное яйцо — легендарный Кох-и-Нур, "Гора Света". Мальчик не понимает, что происходит. Его мать, регентша Джинд Каур, объясняет: этот алмаз теперь должен украшать корону английской королевы. Так завершается тысячелетняя история самого знаменитого бриллианта в мире. Кох-и-Нур весил 186 карат и считался самым крупным известным алмазом. Легенды гласили, что он был найден в копях Голконды еще в XIII веке и с тех пор переходил от одного завоевателя к другому. Каждый его владелец либо терял трон, либо погибал насильственной смертью. Когда камень прибыл в Лондон, королева Виктория была разочарована его тусклым блеском. Принц Альберт решил исправить ситуацию и заказал новую огранку. Голландские мастера работали над бриллиантом 38 дней, уменьшив его вес д