Назим Ибрагимов

«Ты станешь султаном, Мустафа. Ты им рождён», — шептала ему на ушко первая его девушка, с которой он познакомился в европейском квартале. Султаном он, конечно же, не стал. Он стал Ататюрком, что означает «отец народа». В СССР, куда ни глянь, со всех сторон на тебя Ильич смотрел своим прищуренным взглядом. Вот и в современной Турции Мустафа Кемаль авторитетен не меньше. Если не больше. На стене кабинета любого, даже самого низкосортного турецкого паши, висит портрет светлоликого Ататюрка. Они на самом деле любят и почитают «отца народа». За что? За любовь к хорошей одежде и красивым девушкам? Или за роскошный дворец с видом на Босфор? Прежде всего за то, что он не позволил туркам потерять свою государственность. Согласитесь, что это огромная заслуга перед своими соотечественниками. Турки гордились империей, которая когда-то простиралась от Нильских порогов до Дуная. Их султан являлся «предводителем всех правоверных», регулирующим как духовную, так и повседневную жизнь мусульман. Участие