Елена Лим-Нов

Один мой знакомый купил себе сильно заросший участок в жилой деревне. На нем, среди корявых и полусухих яблонь, сливовой и вишневой поросли, стоял сгнивший сруб старого дома – именно из-за такого состояния территории и удалось купить участок за совсем небольшие деньги. Разве проблема очистить участок при наличии мощной современной техники? Наняли экскаватор, который за полдня выдернул все деревья, сложив их в огромную кучу. Потом выкопал рядом с ней глубокую и широкую яму, и сгреб всю кучу прямо в нее. Нажимая ковшом, переломал все ветки и стволы, превратил их в труху и мелкие обломки. И, тут же, все это закопал. Затем, выровняв землю, начал туда-сюда по ней кататься. Вскоре, получилась ровная площадка, лишь немного приподнятая над общим уровнем участка. «Ничего, осядет!» - махнул рукой тракторист и принялся ломать ковшом сруб. За десять минут все разворотил, раскидал гнилые бревна по земле. А за забором уже самосвал сигналит – наняли его для вывоза мусора и всего, что от дома останет

В небольшой деревне, затерянной среди холмов, жил мальчик по имени Ваня. Родителей он не помнил: мать ум..рла, когда ему едва исполнилось пять, отец пропал без вести на лесоповале. Дом, доставшийся от родителей, стоял на отшибе, и односельчане помогали мальчишке чем могли — кто хлеба принесёт, кто картошки, кто дров наколет. Ваня рос тихим, серьёзным не по годам, в десять лет уже управлялся с печью, носил воду из колодца и чинил прохудившуюся крышу. Осень в тот год выдалась дождливая и холодная. Дни стали короткими, по вечерам с гор тянуло сыростью, и Ваня, затопив печь, сидел за столом, читал потрёпанную книжку при свете керосиновой лампы. За окном хлестал дождь, ветер гудел в трубе, и мальчик уже собрался спать, когда услышал стук — тихий, неуверенный, будто кто-то скрёбся в дверь. Он открыл. На пороге стояла старуха — маленькая, согбенная, вся мокрая. Лицо её скрывал рваный платок, из-под которого выбивались седые космы. Она держалась за косяк дрожащей рукой и смотрела на Ваню сл

Владимир Игнатьевич Черданцев - Вань, а Вань, ну когда ты меня в жены возьмешь? Сколько же я ждать буду? Мне ведь скоро пять лет минет. Старухой скоро стану. Не стал Ванька сразу отвечать на Веркину просьбу. Сперва в носу старательно пальцем поковырял, стараясь достать, мешавшую ему дышать, “козулю”. Вытер палец о штанишки свои. А уж потом глубокомысленно произнес: - Не, Верка, рано еще нам с тобой обзаводиться ребятёшками. Надо мне сперва дом построить, коня купить. А опосля уж можно и о женитьбе подумать. Да и вообще, я малой ишшо. Мне ведь с февраля только семой год пойдет. - Тогда я согласная. Только ты с Фенькой-******* не больно то, в песочнице заигрывай. Я ведь не маленькая, вижу, как она тебе глазки строит. …Улыбнулся Иван, проходя мимо детского садика, увидев за забором песочницу. Неужто, та самая? Где когда-то состоялся у них с Веркой тот серьезный разговор, о дальнейшей их совместной жизни. Боже, как же давно это было. Интересно, как выглядит сейчас та рыженькая девчушка-хох

Николай уверенно вел тяжелый внедорожник по ухабистой лесной дороге, которая с каждым километром становилась все ё более узкой и заросшей. Могучие ели и сосны смыкались над крышей автомобиля, образуя живой зеленый коридор. Анна сидела на пассажирском сиденье, завороженно глядя в окно на проплывающие мимо пейзажи нетронутой природы. Они давно приняли это решение. Оставив позади суету огромного мегаполиса, постоянный стресс и бесконечный поток машин, супруги решили начать новую главу своей жизни здесь, в самом сердце тайги. Николай, отдавший много лет спасению людей из различных чрезвычайных ситуаций, искал тишины и покоя. Анна, всегда разделявшая его стремление к уединению, полностью поддержала мужа. Их целью был старый кордон, когда-то принадлежавший местному леснику, а теперь стоявший в запустении. — Как думаешь, Коля, мы быстро привыкнем к такой тишине? — спросила Анна, нарушив долгое молчание, сопровождавшееся лишь гудением мотора и хрустом веток под колесами. — После стольких лет