Эльмира Шерматова (Наврузова)

«Убирайся вон, дрянь подзаборная!» — фарфоровая чашка с недопитым бульоном разлетелась о стену, и Виктор Астанин застыл в дверях спальни, глядя, как жёлтые капли стекают по дорогим обоям. Пятая сиделка за два месяца молча собирала сумку, её руки тряслись, а на щеке розовело пятно — Алла умудрилась дотянуться и ударить. «Я подам в суд», — процедила женщина, проходя мимо Виктора. «Подавайте, — устало ответил он и достал из кармана пиджака конверт с деньгами, — вот компенсация. И подпишите соглашение о неразглашении». Сиделка выхватила конверт, швырнула ему в лицо какие-то бумаги и выбежала, хлопнув дверью так, что задрожала люстра в холле. Из спальни донёсся торжествующий смех Аллы — хриплый, надтреснутый, страшный. Виктор прислонился к косяку и закрыл глаза. Два года назад его жена была красавицей, хозяйкой этого огромного дома в Барвихе, королевой благотворительных вечеров и зависти всех соседок. А потом случился инсульт — прямо на дне рождения, при гостях, между горячим и десертом. Ал