игорь атаманов

«Я поражен всем увиденным. Мое единственное желание — остаться в СССР для работы». Такой фразой описал свои чувства британский архитектор Герберт Вильямс, когда в 1932 году посетил Ленинград с коллегами для обмена опытом. Действительно, во времена СССР никогда не скупились на монументализм и смелость идей. А некоторые архитектурные шедевры восхищают молодых архитекторов на подвиги до сих пор. Уникальное «парящее над землей творение», одновременное безумие хаоса и четкие геометрические формы. Здание построено в 1974 году, и всем заведовал архитектор Георгий Чахава. Интересно, что на тот момент он занимал должность заместителя министра автомобильных дорог — те есть, являлся и представителем заказчика, и исполнителем в одном лице. Место для будущего шедевра также искал Чахава, а финансирование осуществлялось напрямую от государства, без конкурса. Практически вся основная часть здания поднята над землей, а под ней простираются зеленые зоны (и даже ручей). Дом состоит из пяти больших балок

«Я поражен всем увиденным. Мое единственное желание — остаться в СССР для работы». Такой фразой описал свои чувства британский архитектор Герберт Вильямс, когда в 1932 году посетил Ленинград с коллегами для обмена опытом. Действительно, во времена СССР никогда не скупились на монументализм и смелость идей. А некоторые архитектурные шедевры восхищают молодых архитекторов на подвиги до сих пор. Уникальное «парящее над землей творение», одновременное безумие хаоса и четкие геометрические формы. Здание построено в 1974 году, и всем заведовал архитектор Георгий Чахава. Интересно, что на тот момент он занимал должность заместителя министра автомобильных дорог — те есть, являлся и представителем заказчика, и исполнителем в одном лице. Место для будущего шедевра также искал Чахава, а финансирование осуществлялось напрямую от государства, без конкурса. Практически вся основная часть здания поднята над землей, а под ней простираются зеленые зоны (и даже ручей). Дом состоит из пяти больших балок