Владимир Маташков

Я приехал на завод и задал вопросы, волнующие покупателей: а правда ли, что пиво делают из порошка, существует ли порошковое пиво? Реакции такой не ожидал: сотрудники лишь ухмыльнулись. А технолог смогла привести весомые доказательства в пользу настоящего пива. Готовы узнать правду? Итак... Заводов пивоваренных по всей стране много, а мне довелось побывать на одном из них — на «Балтике» в Туле. Просто так через проходные не попасть, нужно записаться на экскурсию. Она с дегустацией, кстати. И пусть вас не сбивает с толку надпись на здании — Тульский пивзавод. Внутри продолжают дело предприятия с историей. Тульский пивзавод ныне — это филиал Балтики. Много любопытных фактов можно узнать на заводе. Так, например, туристам покажут пластиковые колбочки, из которых выдувают бутылки. Чем мельче колбочка, тем меньше литраж. На самом деле, эта заготовка называется «преформа», а изготовлена она из пищевой пластмассы. Из самой большой получится вот такая кега. Пройдя по коридорам с панорамным

Мне часто задают этот вопрос. Обычно с вызовом, с победной ноткой в голосе: — Ваши славянские боги ничего не могут! Они не спасают! А наш Христос всех спас — раз и навсегда! А зачем? От чего? Вдумайтесь в само слово. «Спастись» — значит убежать. Уйти. Спрятаться. Выпрыгнуть. От чего? От жизни? Всё учение о спасении построено на обесценивании жизни. Жизнь — это «юдоль скорби». Тело — «темница души». Мир — «прах и тлен». Спастись — значит уйти из этого ужасного места туда, где хорошо. Но что, если это место не ужасное? Что, если оно — дар? Что, если тело — не темница, а храм? Что, если мир — не прах, а живое тело Рода (Творца)? Тогда спасаться не от чего. Тогда нужно не убегать, а жить. Не ждать смерти, а радоваться жизни. Не готовиться к переходу, а быть здесь и сейчас. Спасение — это бегство. Бегство от жизни. Бегство от себя. Бегство от ответственности. Вместо того чтобы строить рай здесь, нам обещают его после смерти. Вместо того чтобы любить этот мир, нас учат его презирать. Вместо

Последнее время с высокой церковной трибуны постоянно раздаётся критика в адрес неоязычества, при этом патриарх Кирилл постоянно повторяет популярные церковные штампы, будто русский народ всегда был православным и осознанно отказался от язычества. «Мы становимся свидетелями попыток исказить наше прошлое, подменить подлинную духовную традицию искусственно сконструированными суррогатами» - возмущается патриарх Кирилл. Он заверяет, что русский народ хранит свою историческую культуру, несмотря ни на что и утверждает, что неоязычество не может быть альтернативой православию. Однако это не так. Монастырские тюрьмы, оправдание пьянства Так и хочется спросить уважаемого главу Русской церкви, о какой исторической культуре он говорит. Многочисленные исторические источники доносят до нас печальные страницы монастырских тюрем и казематов, где безымянные заключённые сидели по 50-60 лет и пожизненно, ещё более печальные страницы жизни монастырских крестьян, с которыми очень жестоко обращались старцы