эльфир мустафин

Сергей Дроздов умирал медленно, как умирают в тайге — не вспышкой, а тлеющим углём. Температура тела — тридцать четыре градуса. Обморожение третьей степени на обеих ногах. Левая рука застыла, отказываясь сгибаться. Последний раз он ел четыре дня назад: горсть сосновой коры, растёртой со снегом. В метре от него, тяжко дыша, стоял медведь-шатун, весом под три центнера. Между человеком и зверем — полтора метра снега, шестьдесят два градуса мороза и гулкая, всепоглощающая тишина метели. Шансы выжить равнялись нулю. Но Сергей был инженером. А инженеры решают задачи даже тогда, когда тело отказывается слушаться, даже когда перед тобой голодный хищник, даже когда за плечами — тридцать семь дней ада. Почти триста километров замёрзшей тайги, пройденные пешком из лагеря ОЛП-12, откуда, по словам охранников, не сбежал ещё никто и никогда. Медведь зарычал низко, утробно. Сергей почувствовал, как вибрация проходит сквозь кости, отдаваясь в груди. Зверь сделал шаг вперёд. Снег хрустнул под лапой ра