Нина Белоусова (Барсукова)

Метель в ту ночь не просто дула — она охотилась. Ветер, острый как лезвие бритвы, носился по улицам спящего города, срывая вывески, ломая ветви старых деревьев и загоняя последних редких прохожих в подъезды, оставляя улицы во власти белой, слепой ярости. В этом хаосе, у черного зева вентиляционной шахты старого, полуразрушенного подвала на окраине города, где из ржавой решетки сочилась жалкая струйка теплого воздуха, прижались друг к другу три тени. Марина сидела на промерзшем бетоне, судорожно обнимая двоих детей, пытаясь укрыть их собственным телом от ледяного дыхания ночи. Её когда-то элегантное кашемировое пальто, подарок мужа на пятую годовщину свадьбы, теперь было тяжелым, бесформенным мешком из мокрой грязи, снега и льда. Семилетняя Лера, чьи рыжие волосы обычно горели ярким медным огнем, привлекая взгляды прохожих, сейчас слиплись в темные, ледяные сосульки, обрамляя лицо цвета воска, почти прозрачное от холода. Рядом, уткнувшись носом в материнский бок, бездвижно лежал пятил

ПОКА БОГАТЫЙ ХОЗЯИН ЛЕЖАЛ БЕЗ СОЗНАНИЯ, ДОЧЬ УБОРЩИЦЫ СДЕЛАЛА ТО, НА ЧТО НЕ РЕШИЛСЯ НИКТО В тот вечер Варвара Ивановна задержалась в чужом доме дольше обычного. Она мыла лестницу на второй этаж и то и дело поглядывала в сторону закрытой спальни хозяина. В доме стояла такая тишина, что было слышно, как в гостиной тикали большие напольные часы, а за окнами ветер трогал ветви старых елей. Особняк был огромный, светлый, дорогой, с высокими потолками, длинными шторами, коврами, на которые страшно было наступить в уличной обуви. Но уже несколько месяцев в этом доме не было ни радости, ни жизни. С тех пор как хозяин, известный в городе предприниматель Роман Алексеевич Громов, после тяжёлого инсульта впал в кому, особняк будто вымер. Остались только сиделка, повариха, охранник, управляющий и Варвара Ивановна — простая женщина шестидесяти лет, которая вот уже семь лет убирала здесь комнаты, натирала полы до блеска и старалась лишний раз не смотреть в глаза богатству. Не потому, что завидова

В селе Верхние Ключи все знали Катерину. Она была дочерью зажиточного мельника, единственной наследницей большого дома, амбаров и мельницы на реке. В восемнадцать лет она была первой красавицей на всю округу: русая коса до пояса, глаза васильковые, лицом бела, румяна. Женихи из соседних деревень заглядывались, сватались, но Катя всем отказывала. — Не по сердцу они мне, — говорила она матери. — Не те. Мать вздыхала, отец хмурился, но не настаивал. «Пусть сама выберет», — решили они. А Катя уже выбрала. Давно. В лесу, в трёх верстах от села, жил Егор. Он был охотником. Не из богатых — избушка на курьих ножках, руж..ьё старое, одежда латаная-перелатаная. Но он был добр, смел и умел смотреть на мир так, что душа радовалась. Катя встретила его случайно, когда забрела в лес за земляникой. Он помог ей выбраться из болота, куда она провалилась. И с того дня пропала девка. Она стала тайком бегать в лес, носить ему пироги, рубахи новые. Егор сначала отнекивался: «Не пара я тебе, Катя. У мен