Татьяна Макарова

Пока одни воюют, другие воруют – печальную статистику громких арестов взяточников подсчитали журналисты. Туда вошли все воры, среди которых министры, губернаторы, депутаты. Только за первые 3 месяца в бюджет вернулся 151 млрд рублей. Для понимания – за весь 2024 года сумма составила 500 млрд. Но есть и "светлое пятно" в этой истории – прятать коррупционные доходы стало практически невозможно и правоохранительные органы берут высокопоставленных преступников "на абордаж". 2026 год только начался. Завершился первый квартал. А коррупционеры, воровавшие "не покладая рук", уже вернули в бюджет 151,5 млрд рублей. Само собой, недобровольно, а после того, как к ним наведались правоохранители. Печальные "рекорды" взяточников опубликовали журналисты kp.ru. так, согласно обобщённым данным, количество возвращённых государству денег составила 151,5 миллиардов рублей - и это всего лишь 9,4% от 1,6 триллиона, изъятых у коррупционеров в 2025 году, о чём ранее сообщил Генпрокурор России Александр Гуцан.

В российской политике снова случилось редкое природное явление: кто-то из публичных людей вслух произнёс то, что миллионы граждан уже давно говорят на кухнях. И сделал это с такой прямотой, что даже стены депутатских кабинетов, кажется, слегка поёжились. Поводом стали слова олимпийской чемпионки и депутата Госдумы Ирины Родниной о том, что пенсия — это не средство для комфортной жизни, а лишь небольшая поддержка, и гражданам следует рассчитывать прежде всего на себя. Звучит, конечно, убедительно, особенно если произносить это не у кассы в аптеке, где пенсионер выбирает между покупкой лекарства и хлеба, а из депутатского кресла с полумиллионной зарплатой, служебной машиной и пакетом льгот, о которых большинство пенсионеров знает примерно столько же, сколько о жизни на Марсе. И вот здесь-то в разговор неожиданно вмешивается режиссёр Никита Михалков. Причём не с философией, а с конкретным предложением, которое в политических кругах прозвучало почти как провокация. «Гнать её отсюда — и пус

В последнее время всё чаще появляются новости о том, что у фермеров могут забирать и уничтожать скот. Со стороны это выглядит жёстко. Животные есть, хозяйство работает, человек этим живёт — и вдруг принимается решение всё ликвидировать. У многих возникает вопрос: что вообще происходит и почему так делают? Если почитать комментарии, становится понятно — люди реагируют очень эмоционально: И это можно понять. Для городского человека — это просто новость. А для фермера — это работа, деньги и часто дело всей жизни. В большинстве случаев такие решения связаны с болезнями животных. Есть инфекции, которые: Один из примеров — ящур. Иногда достаточно одного случая, чтобы под угрозой оказалось всё поголовье. Это самый частый вопрос. Дело в том, что при некоторых заболеваниях: Поэтому принимается решение остановить это сразу. Жёстко — да. Но логика примерно такая же, как в фильмах про эпидемии: если не остановить всё на ранней стадии, потом справиться уже намного сложнее. Ещё один момент, которы