Дмитрий Бервальд

Герой уехал, но не убежал. Разгадку его побега стоит искать не в хронологии событий и не в политических декларациях, а там, где смешались тихая грусть его глаз, тяжёлая тень отца-адвоката и настойчивое ощущение, что настоящая жизнь проходит где-то в стороне. Савелий Крамаров, король эпизода и мастер, заставлявший смеяться целую империю, был обречён на внутреннее одиночество. Он носил маску, которая приросла к лицу, и слава, принесённая этой маской, со временем стала походить на золотые цепи. Что же толкнуло его на отчаянный шаг — написать письмо президенту чужой державы и навсегда ступить на трап самолёта в неизвестность? Ответ кроется в мучительном сплетении личной драмы, творческого голода и поиска места, где можно, наконец, перестать играть. Его детство не было беззаботным. Он родился в интеллигентной еврейской семье, и эта изначальная данность в определённую эпоху была не просто фактом биографии, а клеймом, меткой. Отец, Виктор Крамаров, — блестящий адвокат, защищавший тех, ког