Жизнь особо никогда по голове не гладила, Правда ведь, и теперь ,приятель, поверь, Ударов на всех хватит, надо бы звякнуть матери, Что-нибудь сказать ей, что у нас всё в поряде.

На нашей съемной хате и среди бурь все ещё Плавает худой катер, Спокойной ночи пожелать ей, пожалуй, хватит. А что ещё сказать, об остальном не с ней, Не для её ушей, может, даже не для батиных. Так много наших, кому мёдом намазано здесь, Там ничего не было, тут всё есть, прелесть. Гуляй не хочу, все рвут покорять Москву. Но покоряются ей сами и просто живут, Меняясь на глазах до неузнаваемости. То ли взросление это, то ли предательство . . . .