Вика Смоленская (Кузнецова)

Апрельский ветер, холодный и сырой, гулял по пепелищу, поднимая мелкую серую пыль. Она оседала на рыжевато-серой шерсти пса, въедалась в нос, царапала горло. Пахло гарью – слабо, но стойко. Месяц прошёл с той ночи, а запах остался. Въелся в землю, в обгоревшие доски, в воздух. Пёс сидел там, где раньше была входная дверь. Точно на этом месте. Он знал его наизусть – здесь хозяин выходил каждое утро, стоял на крыльце, смотрел на небо, говорил что-то негромкое. Крыльца больше нет. Дома нет. Остался чёрный фундамент, торчащие балки, пепел под лапами. Но пёс сидел именно здесь. Смотрел на дорогу. Ждал. Уши прижаты к голове. Хвост неподвижен, лежит на земле. Глаза умные, тёмные, не мигают. Иногда вздрагивает – звук машины вдалеке, чьи-то шаги по грунтовке. Поднимает морду, напрягается всем телом. Смотрит. Нет. Не тот. Опускает голову обратно. Ждёт дальше. Со стороны соседних участков идёт женщина. Полная, в платке, с миской в руках. Люда. Она приходит каждый день. Пёс узнаёт её шаги, но не