«Мы тут элита, а от вас нафtалином пахнет», — смеялись менеджеры над моим старым пальто, пока в кабинет не зашел владелец холдинга

Ольга спрятала руки в карманы, чтобы никто не заметил, как дрожат пальцы. Пальто, купленное семь лет назад на распродаже, было качественным, шерстяным, но безнадежно устаревшим. Оно пахло сыростью и, кажется, тем самым средством от моли, которое так любила ее бабушка.
В переговорной бизнес-центра класса «А» воздух был сухим и наэлектризованным. За стеклянным столом сидели двое. Инга Валерьевна — начальник HR-отдела, женщина с идеально гладким лицом и холодными глазами рыбы. И молодой парень, Стас, в пиджаке, который стоил как трехмесячный бюджет Ольги.
Стас лениво листал ее резюме, даже не скрывая скуки.
— Тридцать четыре года, — протянул он. — Опыт работы — заведующая складом в поселке городского типа. Серьезно? Вы правда думаете, что ваш опыт перекладывания коробок релевантен для нашего холдинга?
Ольга выпрямила спину. Она знала, что выглядит здесь чужой. Среди этих панорамных окон, макбуков и запаха дорогого парфюма она казалась серым пятном. Но дома лежали неоплаченные квитанции за полгода и рецепты для отца, на которые не хватало денег.
— Я занималась не перекладыванием коробок, — спокойно ответила она. — Я выстроила систему учета в условиях дефицита кадров. У меня пересортица была ноль целых, одна десятая процента за три года.
Инга Валерьевна поморщилась, будто от зубной боли.
— Оля, милая, — ее голос звучал мягко, но от этой мягкости хотелось поежиться. — Вы не поняли. Мы продаем премиальную сантехнику. Наши клиенты — люди с чеком от миллиона. Вы… как бы это помягче… не вписываетесь в ДНК бренда.
Она выразительно посмотрела на Ольгино пальто, которое та аккуратно сложила на соседнем стуле.
— У нас дресс-код, корпоративная культура, пятничные бранчи, — подхватил Стас, откидываясь в кресле. — А вы? Придете в этом? Клиент подумает, что у нас дела плохи. Мы тут элита, а от вас нафталином пахнет. Извините, но это «нет».
Фраза повисла в воздухе. Ольге захотелось встать, хлопнуть дверью и разрыдаться уже в лифте. Но она вспомнила глаза отца, когда он вчера спрашивал, купила ли она лекарство.
— Запах нафталина выветрится, — тихо, но твердо сказала она. — А вот бардак в вашей логистике сам не исчезнет. Я пока ждала в коридоре, слышала, как ваши менеджеры кричали, что фура с мрамором зависла на таможне из-за неправильных кодов.
Стас покраснел. Инга сузила глаза.
— Вы подслушивали?
— У вас стены стеклянные. И слышимость отличная.
— Пошла вон, — процедил Стас, теряя лоск. — Охрана!
Дверь открылась не от охраны. В проеме стоял мужчина лет пятидесяти. Без пиджака, в простой темной водолазке, с красными от недосыпа глазами. В руках он держал пустую кружку.
— Кто орал про таможню? — глухо спросил он.
В кабинете повисла тишина. Стас вскочил, едва не опрокинув стул. Инга мгновенно натянула дежурную улыбку.
— Виктор Петрович, добрый день! Мы тут проводим собеседование, просто кандидат попался… неадекватный. Уже прощаемся.
Владелец холдинга прошел к кулеру, налил воды. Его взгляд скользнул по Стасу, по Инге и остановился на Ольге. Потом на ее пальто.
— Неадекватный, говоришь? — он сделал глоток. — А про коды ТН ВЭД кто сказал? Ты?
Он кивнул Ольге.
— Я, — ответила она. — У вас в накладных, скорее всего, указан код для необработанного камня, а везете вы изделия. Там пошлина другая и пакет документов. Вот таможня и встала.
Виктор Петрович медленно поставил кружку на стол.
— Стас, — голос был тихим, но менеджер втянул голову в плечи. — Ты мне три дня врешь про сбой в программе?
— Виктор Петрович, там… там брокер ошибся, мы решаем…
— Брокер, значит.
Он повернулся к Ольге.
— Как, говоришь, фамилия? Соколова? Значит так, Соколова. Офис я тебе не дам. И зарплату, которую ты в резюме написала, тоже не дам.
Инга победоносно ухмыльнулась.
— Поедешь на наш распределительный центр в промзону. Там сейчас ад. Грузчики бастуют, начальник склада ушел в запой… простите, на больничный. Если разгребешь завалы за две недели — возьму в штат и дам оклад, который просишь. Нет — заплачу за отработанные дни и разбежимся.
— Я согласна, — не раздумывая ответила Ольга.
— Сапоги резиновые купи, — бросил он уже на выходе. — Там грязи по колено.
Грязи было не по колено, а по пояс. Распределительный центр представлял собой огромный холодный ангар на окраине города, где сквозняки гуляли свободнее, чем сотрудники.
Ольга приехала туда на первой электричке. Кладовщики, суровые мужики, привыкшие, что начальство появляется раз в месяц на «Лексусах» и брезгливо морщит нос, встретили ее настороженно.
— Чего надо? — буркнул старший смены, Михалыч, жуя зубочистку.
— Работать приехала, — Ольга положила сумку на пыльный стол в каморке. — Давай накладные за прошлую неделю.
Первые три дня были кошмаром. Водители игнорировали ее распоряжения, система висла, а в каморке было так холодно, что чай остывал за минуту. Ольга не орала, не угрожала штрафами. Она просто молча переделала график отгрузок так, чтобы фуры не стояли в очереди по пять часов.
На четвертый день, когда пришла машина с дорогой плиткой, выяснилось, что погрузчик сломан. Водитель, молодой парень, начал психовать:
— Я не буду ждать! У меня график! Сваливаю!
Ольга молча надела рабочие перчатки.
— Михалыч, вставай в цепочку. Ребята, кто свободен — сюда. Руками перекидаем.
— Ты чо, мать, больная? — вытаращил глаза Михалыч. — Там паллеты по полтонны.
— Мы их россыпью. Аккуратно. Я плачу двойной тариф за переработку из своего кармана, если контора не согласует. Встали!
В ее голосе было столько железа, что мужики, переглянувшись, потянулись к машине. Ольга таскала коробки наравне со всеми. К вечеру она не чувствовала рук, спина горела огнем, а новое (купленное на последние деньги) термобелье можно было выжимать.
Но когда последняя коробка легла на стеллаж, Михалыч подошел к ней и молча протянул термос с горячим чаем.
— Крепкий, — сказал он. — С травами. Пей, начальница. Зауважали мы тебя. Тот хлыщ, что до тебя был, только орал да в телефоне сидел.
Через две недели на складе был идеальный порядок.
Вызов в центральный офис пришел внезапно. Секретарь сухо сообщила: «Виктор Петрович ждет к десяти. Быть всем».
Ольга вошла в знакомую переговорную. Она похудела, под глазами залегли тени, но взгляд стал жестким, прямым. На ней были простые джинсы и свитер — на «элитный» гардероб она еще не заработала, но теперь ей было абсолютно все равно, что об этом думают.
За столом сидели Инга и Стас. Оба выглядели нервными. Стас теребил галстук, Инга злобно стучала наманикюренным ногтем по столу...
читать продолжение