Когда вода Всемирного потопа Вернулась вновь в границы берегов, Из пены уходящего потока На сушу тихо выбралась Любовь — И растворилась в воздухе до срока, А срока было — сорок сороков… И чудаки — ещё такие есть! — Вдыхают полной грудью эту смесь И ни наград не ждут, ни наказанья, И, думая, что дышат просто так, Они внезапно попадают в такт Такого же неровного дыханья Только чувству, словно кораблю, Долго оставаться на плаву, Прежде чем узнать, что «я люблю» — То же, что «дышу» или «живу». И вдоволь будет странствий и скитаний: Страна Любви — великая страна! И с рыцарей своих для испытаний Всё строже станет спрашивать она: Потребует разлук и расстояний, Лишит покоя, отдыха и сна… Но вспять безумцев не поворотить — Они уже согласны заплатить: Любой ценой — и жизнью бы рискнули, — Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить Волшебную невидимую нить, Которую меж ними протянули. Свежий ветер избранных пьянил, С ног сбивал, из мёртвых воскрешал, Потому что если не любил — Значит и не жил, и не дышал! Но многих захлебнувшихся любовью Не докричишься — сколько ни зови, Им счёт ведут молва и пустословье, Но этот счёт замешен на крови. А мы поставим свечи в изголовье Погибших от невиданной любви… Их голосам всегда сливаться в такт, И душам их дано бродить в цветах, И вечностью дышать в одно дыханье, И встретиться со вздохом на устах На хрупких переправах и мостах, На узких перекрёстках мирозданья. Я поля влюблённым постелю — Пусть поют во сне и наяву!.. Я дышу, и значит — я люблю! Я люблю, и значит — я живу!