Бывают тексты, которые запоминаются.

Этот - один из них.
Как в капле океана отражается весь океан, так и тут: в решении бросить всё, лишь бы не оказаться под оккупацией «ясно-глазой-россии-матушки», отражается отношение всех, кому не повезло оказаться географическим соседом с чёрной дырой, которая если и прославилась чем, так это поглощением всего, что в неё попадает, - в этом тексте, как в капле, отражается реальная территория, ныне именуемая россией с маленькой буквы, из которой в мою страну рождения, в мой Узбекистан, приехали мои учителя.
Среди них были дети тех, кто помнил как в Узбекистане поначалу российская империя, а потом и Ленин боролись с сопротивлением местного населения. Борьба в учебниках для всех советских школьников называлась "борьбой с басмачеством".
Позже, во времена сталинского террора, сюда были высланы жёны и дети репрессированных. Моя первая учительница, Молостова Вера Петровна, была одной из них.
Ещё позже, во времена Второй Мировой войны, здесь оказались сотни тысяч эвакуированных с тех территорий, которые оказались по оккупацией фашистской Германии.
Вот кто они -- мои учителя.
Это от них я получила информацию о российском великодержавном шовинизме.
Я не знала, что стану свидетелем проявления этого качества, присущего большинству тех, кто проживает в чёрной дыре, именуемой "россией".
Все, кто мне встретился в Узбекистане, кому я благодарна за мою (как бы это выразить правильно…) жизненную позицию, - объяснили мне: есть территория, которая несет опасность всем.
И тем, кто по соседству.
И тем -- особенно им!!! --кому повезло не заразиться фашизмом, но кому не повезло остаться внутри этой черной дыры.
А теперь и сам пост, Олега Пшеничного, который стал триггером для моего текста.
"Сообщают, что из Покровска под угрозой оккупации уезжают последние жители. То есть на вопрос, хотят ли они "нацистско-бандеровского режима", или хотят "воссоединиться с матушкой Россией" - люди голосуют ногами. И баулами, в которых увозят пожитки из домов, в которых жили может быть еще их бабушки и дедушки (и наверное рассказывали им о другой оккупации).
Но тут и каких-то особых рассказов не надо. Все давно уже прекрасно знают, во что превращается жизнь под российским сапогом. И всё же это не так просто, люди уезжают из родных мест, в неизвестность. Их жизнь уже самим этим фактом сломана бездушной смертельной силой, как будто идет нашествие саранчи, или эпидемия, и точно нужно бежать, чтобы выжить.
Но всё-таки выжили, и выживут. Им помогут. И они сами себе помогут. И еще вернутся, а может Покровск и не захватят, война полна разных поворотов, а это просто разумная предусмотрительность. Хочется крикнуть "асвабадителям" - мудаки, вы что тут пришли освобождать, если люди от вас бегут как от чумы?
Я верю, что они вернутся".