Владимир Бикулов

Этот рецепт картошки в мундире понравится многим, кто еще так готовить картофель не пробовал. 1 ингредиент меняет многое. Я сделал сам и расскажу вам, а научил меня секрету опытный охотник в лесу у котелка. Так же про свои красные огурцы расскажу, поэтому читайте до конца. С вас, как обычно лайк, а с меня полезный рассказ для настроения и супер рецепт. Также подпишитесь на этот канал ПСР. Начинаем. Остановились мы как-то на ночлег с дедом Евстафием. Я – Павел Сергеевич Рыбов, молодой ещё охотник, учусь у деда премудростям таёжным, которые он щедро рассказывает. День выдался тяжёлый, ходили много, устали. Костёр развели, котелок достали. Я полез в рюкзак, вытащил нашей с огорода картошки. Думаю, сварю в мундире, пока дед нам для сегодняшней ночевки избу ставит из ветровала. Помыл картошку в ручье, положил в котелок, воды налил, на огонь поставил. Дед пришел, посмотрел, что я делаю. Утер рукавом старой рубахи подтёкшее содержимое носа, которое из-за короткой длины рукава намазалось на г

Нейрофизиолог с мировым именем потратила десятилетия на изучение самого пугающего феномена. И её выводы перевернули представления о последних минутах жизни В 2008 году, за несколько дней до своей смерти, 84-летняя Наталья Петровна Бехтерева сказала фразу, от которой становится не по себе: «Люди оболгали смерть. Конец не такой, каким его представляют. Страшна не смерть, а умирание... Я — не боюсь». Это заявление прозвучало из уст женщины, которая полвека исследовала человеческий мозг. Академика РАН, руководителя Института мозга человека, автора более 360 научных работ. Человека, который всю жизнь искал рациональные ответы на иррациональные вопросы. Что же она узнала о смерти? И почему перестала её бояться? Родиться Бехтеревой — значит нести бремя великого имени. Её дед, Владимир Михайлович Бехтерев, был одним из основателей нейрофизиологии в России. О нём говорили: «Анатомию мозга прекрасно знают только двое: Бог и Бехтерев». Но судьба деда была трагичной. В декабре 1927 года, через де

Иногда достаточно убрать из своей жизни одну-единственную вещь, чтобы она вдруг стала длиннее. И речь вовсе не о вредных продуктах или вредных привычках. Один из самых известных врачей СССР, академик, кардиолог, а в народе – просто «доктор Чазов», как его часто называли – знал об этом не понаслышке. Он прожил 92 года. Ни одного больничного. Ни одной капитуляции перед усталостью. Ни одной жалобы на жизнь. Сердце – символически и буквально – было в центре его профессии. Евгений Чазов выслушал тысячи, а может быть, и десятки тысяч сердец: простых людей, чиновников, артистов, академиков, первых лиц государства. Он был «кремлёвским врачом», да, но сам всегда настаивал: лечить – значит служить всем, не избранным. О нём говорят с уважением. Его вспоминают с теплом. А его советы – до сих пор передают из уст в уста, будто семейные рецепты от бабушки: с мягкой настойчивостью, в полголоса. Чазов не любил громких лозунгов. Он был скорее из тех, кто скажет: «Живи не напоказ, а по совести. И сердце