Что такое пептиды?
Сегодня слово пептиды вызывают у неосведомленного человека скорее недоумение, примерно такое же, как у неспортсмена — слово «протеин». Протеин прошел долгий путь, чтобы большинство узнало, что это просто белок в чистом виде, а не «фарма», на которой бодибилдеры мутируют в суперменов не по дням, а по часам. Такой же путь прошли ноотропы — препараты для улучшения «соображения». Теперь пришло время пептидов.
Чтобы представить важность научного открытия, необходимо детально понять, что это такое.
Наш организм представляет собой небоскрёб из белковых конструкций. Мельчайшей структурной единицей нашего тела, всех органов и тканей является клетка. Она жива, пока делится. Но количество её делений генетически детерминировано. Любая клетка любого органа или ткани способна делиться пятьдесят раз за всю нашу жизнь. Этот факт установил американский учёный Леонард Хейфлик. Этот лимит носит одноимённое название (лимит Леонарда Хейфлика ). От возраста и болезней наши органы и ткани разрушаются по мере расходования числа делений клетки, как только израсходует, наступит апоптоз — клеточная смерть.
Информация о том, сколько клетке положено делиться, находится в генетическом аппарате — ДНК. Она расположена в ядре клетки и имеет Х-образную структуру. «Плечо» ДНК носит название теломера, который физически укорачивается по мере расходования числа делений. И вот здесь мы вплотную подошли к роли пептида — маленького белка с определённой аминокислотной последовательностью, характерной для данной конкретной ткани. Попадая в организм тем или иным путём — инъекционным или через рот в виде капсул — пептид беспрепятственно проходит все тканевые барьеры: клеточную мембрану, ядерную мембрану и встраивается в структуру ДНК, как раз в месте укорочения теломера по принципу комплиментарности.
Пептид «удлиняет» теломер на 42% (почти наполовину!) и возвращает способность ДНК к синтезу белка, фактически продлевая клетке жизнь. Мы уже выяснили, что чем она дольше делится, тем дольше живёт. В масштабах ткани (органа), которая состоит из этих клеток — это восстановление её структуры и функции. А в масштабах всего организма — это продление жизни, улучшение её качества, профилактика и лечение возрастных заболеваний.
Но есть одно «но». Сегодня развитие пептидного производства происходит стремительными темпами. Так вот, безопасность и эффективность пептида зависит не только от аминокислотной последовательности, степени очищения от гормонов, но и от размеров аминокислотной цепочки (молекулярного веса). Например, если сравнивать лекарственный полипептид с церебропротекторной активностью — церебролизином, то его вес составит 10000 Da. В то время, как биорегуляторный церебропротектор профессора В.Х. Хавинсона имеет молекулярный вес — 400 Da. Это одна миллиардная метра — наноразмеры. И в этом неоспоримое преимущество любого из сорока пептидов, разработанных Санкт-Петербургским Институтом Биорегуляции и Геронтологии. Для того, чтобы разузнать о деятельности этого института, мы пообщались с Оксаной Анатольевной Орловой — MD, PhD, научный сотрудник Санкт-Петербургского Института Биорегуляции и Геронтологии, лаборатории биорегуляции старения, врач-косметолог, эксперт в области антивозрастной медицины, инъекционной и аппаратной медицинской косметологии, и задали ей все интересующие нас вопросы.
А нас безусловно интересует приближение к бессмертию.
Вредны ли биорегуляторные пептиды?
Навредить пептидами профессора В.Х. Хавинсона невозможно. Попробуем понять, почему? Дело в том, что все, поступающие в наш организм вещества контролирует защитная система — иммунитет и ко всему вырабатывает отношение, синтезируя антитела. В таком виде информация попадает в нашу «библиотеку образов». В случае с нанопептидами выработки антител не происходит. Они усваиваются настолько быстро и беспрепятственно, что иммунитет не успевает взять их на контроль. Если на вещество не выработаны антитела, не будет аллергической реакции, побочных и дозозависимого эффектов, а также индивидуальной непереносимости. Максимум эффекта при полном отсутствии вреда. Это укладывается в концепцию альтернативной медицины будущего. Это революционный прорыв. Международная научная общественность квалифицирует именно так.
Особую актуальность новое лечение приобретает в условиях преждевременного старения, когда от 35 лет в нашем организме протекает одновременно от 3 — 5 хронических заболеваний, а от 65 лет — от 5 — 8 таковых. Таким образом, требуется комплексное лечение сразу несколькими лекарственными веществами, но это невозможно по причине их небезопасности. В то время, как комплексное лечение биорегуляторными пептидами является правильным. Следует заострить внимание, что пептиды — препараты стратегического, накопительного назначения, оказывают эффект не сразу, а через какое-то время, когда доза стимуляции накоплена и сформирован «ответ» на лечение.
Как давно открыли пептиды?
Этому открытию уже сорок лет. Возникло оно на базе Военно-Медицинской Академии им. С.М. Кирова в ходе поиска средств повышения боеспособности личного состава в условиях радиоактивного облучения. Выяснилось, что короткие аминокислотные цепочки (2-3-4 АК) способны мобилизовать резерв деления клетки и стимулировать биосинтез белка, что восстанавливает структуру и функцию поражённых органов и тканей. С тех пор проведено бесчисленнное количество культуральных, биологических и клинических исследований, подтверждающих эффективность коротких биорегуляторных пептидов. Экзамен временем пройден. Самые крупные клинические эксперименты происходили в разное время. Это спасение экипажа подводной лодки «Комсомолец» в 1989 году (45 человек); по линии Газпрома в г. Надым (11000 человек); коллектив сотрудников Санкт-Петербургского Института Биорегуляции и Геронтологии в течение 15 лет (50 человек); подготовка в течение года женской сборной по художественной гимнастике к 30-м Олимпийским Играм в Лондоне в 2012 году.
Нет комментариев