ОГОНЁК ДУШИ

ЧТО ТО СЕРДЦЕ РАСТРЕВОЖЕНО Монтаж А.Нельсон

Александр Сергеевич Пушкин

АПРЕЛЬ Ожидания напрасны, Поняла без слов "прощай". С солнцем в небе день ненастный, И таких дней через край. Год надежд и наваждений Прошагал в тоске глухой. Возвратить любви волненья Не способен был другой. Стало всё позднее ясно, По судьбе был только он, Но иллюзии не гасли, Погружая в сладкий сон. Не сложились отношенья, Там, где их не может быть, На душе слеза сомнений Ливнем целилась залить. Растекалась по сознанью Мук знакомая тоска, Рыжий конь весенней ранью В поднебесье ускакал. Слов не нужно для согласья, Зря об этом он спросил. На душе разгул ненастья. Дождь печали моросил. 3 апреля 2026г. Людмила Иванова-Калмыкова #ЛюдмилаИвановаКалмыковаОгонёкДуши

— Ты крайний? — Я средний, забыл, что ли? — Я про кассу. Ты крайний на кассу? — Получается, я, — Апрель заглянул в тележку Июня, — опять пух берёшь? Не надоело каждый год его разбрасывать? — Где пух? — заволновался Август. — У меня на него аллергия, уберите сейчас же. — Да он в упаковке, не переживай, дома открою, — вздохнул Июнь. — Подумаешь, аллергия. Красиво же! Зато я не набираю столько "жары". — Не ссорьтесь, — к ним подкатил Февраль с большой тележкой, наполненной пакетами со снегом. — Вот, набрал на будущий год. Там сейчас распродажа, три по цене одного дают. — Ой, это же дёшево, — засуетился Март. — Мне тоже надо! И побежал в морозильный отдел. — «Дёшево», — передразнил Апрель, выкладывая на ленту подснежники, веточки вербы и краску для яиц. — Опять наберёт снега, а мне потом с сугробами разбираться. — А можете меня пропустить, — попытался пролезть Сентябрь, — у меня только слива. Я быстро пробью и... — Нет! —хором рявкнули Апрель и Июнь. — В очередь! И тут ещё Март занимал. Очередь месяцев в супермаркете «Азбука Года» не спеша продвигалась. А в самом дальнем отделе Май морщил лоб и никак не мог решить — нужны ему плавки или, наоборот, взять тёплый свитер. Автор: Александр «Котобус» Горбов #огонëк_души

Просто ни черта не получается Выбросить Тебя из головы. Мне сейчас неистово скучается, А Тебе? Простите. Как там Вы? Прошлое приходит, раздевается, Помнится в подробностях таких, От которых редкая проказница В пол глаза опустит в тот же миг. Просто я боюсь своей агрессии К тем, кто на меня положит глаз. Мне нужны телесные репрессии Только от Тебя. Простите. Вас. Просто глубоко на подсознании Все-таки не раз употребя: Мне без Вас легко на расстоянии, Но предельно сложно без Тебя. Злата Драч (Златенция Золотова) #огонëк_души

Лидия Гладышевская ЕЛКИ-ПАЛКИ (Из цикла «Рас-сказки про первого космонавта») В квартире первого космонавта не было новогодней елки. Елки-палки! Как это может быть?- спросите вы. А вот так - не было и все. Мне это тоже тогда казалось странным, даже непостижимым..., потому что в нашем доме живая елка перед праздником появлялась всегда, сколько себя помню. Повелось это с давних времен, и традиция устанавливать рождественское деревце из поколения в поколение никогда не нарушалась. Какое же Рождество и Новый год без елки? История, как мой дед, адъютант его превосходительства, георгиевский кавалер, еще в первую мировую добыл в лесах Закарпатья и привез в Одессу пушистую зеленую красавицу, стала легендой в нашей семье. Вез под пулями, пересекая линию фронта и рискуя жизнью. Но не оставлять же детей без праздника? Война войною, а Рождество – это святое. Спустя годы меня, голосистого младенца, появившегося на свет в середине декабря, по возвращении из роддома сразу поднесли к сверкающей елочке со свечами, уже наряженной по случаю приближающегося Рождества Христова по старому стилю, то есть по юлианскому календарю. В советское время тотального атеизма его стали именовать «католическим» и праздновать запретили, но наши православные дедушки и бабушки по-прежнему отмечали, аккурат – 25-го декабря, а потом и второй раз - 7-го января, по новому, по-грегориански. При виде чудо-дерева я тут же умолкла. И меня, по рассказам матери, так и оставили спать в колыбельке под елкой вместо рождественского подарка. В поселке «Чкаловский» мои беспартийные родители соблюдали обычаи предков и готовились к торжеству загодя. Для украшения елки заранее покупались чуть не тонны конфет в блестящих обертках. А грецкие орехи обертывались золоченой и серебряной фольгой. Потом вся эта искрящаяся красота наряду со стеклянными игрушками и картонными флажками подвешивалась на ниточках и веревочках на елку. Делалось это поздней ночью в святой сочельник, чтобы мы с братом не видели, и не успели обрадоваться раньше положенного времени. Вот только свечи на прищепках в целях безопасности были «списаны» в картонную коробку из-под обуви. Их заменили гирлянды из разноцветных электрических лампочек. За несколько дней до Нового года, в канун католического Рождества откуда ни возьмись, появлялись необычные «ходоки»..., то есть вернее «лесники». Первые советские браконьеры - люди, в лохматых шапках, надвинутых на глаза для конспирации. Елочные базары в нашем военном городке стали организовывать позже, а искусственную елку из жесткого буро-зеленого пластика с редкими палками вместо веток в то время и вовсе невозможно было достать. Да и не очень-то хотелось приобретать такое уродливое страшилище. Уж лучше совсем без елки-палки. Поэтому мы несказанно радовались нарушителям закона, приносящим прямо в дом живую, пахнущую хвоей красоту. Приходили они по понятным причинам поздними вечерами, когда на улицах сгущалась тьма, чтобы избежать встречи со случайными прохожими и милицией. Сначала раздавался длинный звонок. Я подбегала к двери и заглядывала в глазок. Но вместо привычного – «Гагарин здесь живет?» доносился тихий, как из преисподней, приглушенный голос – «Елка нужна?» Тогда я ликующе вопила: « Ура! Наконец-то!» - и звала родителей. Елку, не смотря ни на какие запреты, мы всегда покупали. - Все равно уже срублена, - сокрушался отец. - Если не взять – выбросят на помойку. А у нас еще до февраля в ведре с мокрым песком поживет, а может, и дольше. Гагаринскую квартиру лесники-ходоки обходили стороной. Стеснялись. Неудобно же предлагать елку за деньги первому космонавту, да еще члену коммунистической партии... Поэтому как-то раз моя мама решила порадовать и пригласить к нам на праздник дочек Юрия Алексеевича – шестилетнюю Лену и четырехлетнюю Галочку. В тот год елка была необыкновенной – стройная пышная, до самого потолка. Ее ветви сгибались под тяжестью развешенных конфет, орехов и мандаринов в сеточках. Верхушку украшала звезда рубинового цвета, а в центре располагался гигантский оранжевый аэроплан (почти сорок сантиметров в длину), устремленный пропеллером вверх. Казалось, будто он готовится исполнить фигуру высшего пилотажа и заходит на мертвую петлю. В хвосте самолета на специальном крючке был прикреплен отважный летчик, спускающийся с неба на полосатом бело-голубом парашюте. Девочки пришли в сопровождении няни – пожилой грузной женщины, похожей на Фрекен Бок. Сначала, гости уселись за стол, уставленный домашними сладостями, а после угощения отправились к елке – снимать с нее другие, свисающие длинными лентами вкусняшки. Их положено было срезать маленькими ножницами с закругленными концами, специально приготовленными для приглашенных, чтобы случайно не пораниться. Как только елка вспыхнула разноцветными огнями, Галя захлопала в ладоши и закружилась. Старшая сестра Леночка аккуратно обрезала нитку, сняла с ветки один орешек, положила в карман платья и протянула «страховочный инструмент» младшей. Но та - отказалась. - Я так. Так достану, - решительно произнесла она и принялась сдергивать конфеты снизу и деловито укладывать их на соседний стул. Когда все лакомства закончилась, она перешла на верхний ярус…, но тут на мгновение замерла, заметив ярко освещенного под синей лампочкой парашютиста в блестящей одежде, похожей на скафандр. - Папа, папа! Это - папа! – вскричала девочка и попробовала дотянуться до понравившейся игрушки. - Это нельзя есть! И брать тоже нельзя, – строго сказала гагаринская домоправительница и погрозила пальцем. Галя в ответ показала язык, подпрыгнула и предприняла новую попытку стянуть пилота с крючка, едва-едва не свалившись на елку. - Ой! Перестань сейчас же! – завопила испуганная няня. Но не тут-то было – остановить отважную дочь космонавта оказалось утопией. Такой уж, видимо достался характер. Секунду поразмышляв, девочка пошла на очередной экспериментальный вираж. Слегка разбежавшись, она скакнула ввысь и даже сумела схватить неподдающегося летчика руками. Елка закачалась, а он, упрямец, по–прежнему вызывающе болтался на крючке. Тогда в голове испытательницы, похоже, родился какой-то новый план. Это сразу стало видно по ее носу. Вернее, по глазам, которые засияли лукавым блеском. Видя, что Галя готовится к очередному штурму, дело приобретает нежелательный оборот, и праздник может закончиться катастрофой, причем не только крушением самолета…, обеспокоенная не на шутку воспитательница в очередной раз ойкнула и сорвалась на крик: - Все! Домой! Немедленно! Но было поздно. Мы не успели и глазом моргнуть, как девочка шмыгнула под елку, и принялась трясти ее со всей силы. С сверху упало два больших стеклянных шара. Они с громким звоном разбились о деревянный пол. За ними последовали снежинки. Деда-мороза и снегурочку постигла та же печальная участь. Однако… малышка и не собиралась отступать, напротив, неудача ее еще пуще раззадорила. Когда «снегопад» из игрушек закончился, Галя утроила рвение. Откуда ж было ей, бедняжке, знать, что и самолет, и парашют (во избежание подобных неприятностей) всегда прикручивались медной проволокой друг к другу и к елке чуть не намертво… Мы ведь с братом Алькой в свое время по очереди тоже через это проходили, поддавшись непонятному искушению – заграбастать непокорного пилота и спасти его от неминуемого падения во чтобы то ни стало. -Бесполезно,- неожиданно вмешался в курьезную ситуацию Алька. – Галя, так ты ничего не добьешься. Лучше выбирайся оттуда, вместе что-нибудь придумаем. Хитрость не удалась. Из-под елки послышалось недовольное сопение, а затем сотрясение ни в чем неповинного дерева продолжилось. - Сестренка, вылезай, пожалуйста, - жалобно попросила кроткая Леночка. - Некрасиво себя так вести. Нас больше никогда не пригласят. - Нет. Я тут жить буду, вместе с папой. Мне здесь нравится. Обескураженная этим заявлением няня встала на четвереньки и попыталась ухватить и вытащить девочку за ногу. Донеслось веселое хихиканье, и в руках домоправительницы остался лишь трофей – маленький тапочек. Елка слегка накренилась, но устояла. Мы в страхе отпрянули в сторону и находились в оцепенении, не зная, что еще предпринять. Далее «совет в Филях» продолжился на кухне. - Может, парашютиста отцепим и Галочке отдадим, раз он ей так понравился, - предложила сердобольная мама. - А-аа, - взъерепенился мой брат. – Значит, для нас с Лидкой ты не хотела быть добренькой. А чужому ребенку… - Нет. Так не годится,- помотала головой няня. – Юрий Алексеевич не разрешает потакать капризам дочки. Что правда, то правда. Детей в семье Гагарина не баловали. Домоправительница водила их в обычный детский сад. Причем не в тот, новенький, прекрасно оборудованный, который был в двух шагах от подъезда, а в старый, подальше от дома, где девочек никто не мог узнать. Воспитателям было строго-настрого приказано их никак не выделять и не отличать. Лена с Галей ели советскую манную кашу с комками и ненавистную творожную запеканку наравне со всеми. - Так что же делать?- спросила мама. - А давайте, как-нибудь ее выманим оттуда. Например, проложим дорожку из конфет до самой двери,- предложил Алька. - Нет. Пустое. Уж если Галя что-то задумала…, так ее и с места не сдвинуть. Придется Юрия Алексеевича позвать. Он на нее управу быстро найдет, - ответила няня и направилась к выходу. - Галочка, последний раз прошу – вылезай по-хорошему. Я за папой пошла. - Нет. Я тут пока посижу. В ожидании подмоги мама принялась тщательно выметать осколки, чтобы обеспечить безопасную эвакуацию девочки. Остальные участники неудавшегося праздника уселись на диван и в унынии уставились на ощипанную елку. Домоправительница вернулась одна, минут через пять. И прямо с порога произнесла свирепым голосом: - Папа очень сердится и попросил тебе передать, что если сама сейчас же не выберешься оттуда, то за руль Матры больше не сядешь. Значит, ты маленькая и глупая, и рано тебе гоночную машину испытывать. Угроза подействовала молниеносно. - Нет. Я - большая! Галя осторожно выползла из-под елки, взяла со стула ранее собранную «добычу», и как ни в чем не бывало, с победоносным видом отправилась домой. - Приходите завтра. Я еще конфеток развешу, - ласково напутствовала гостей мама. - Придем, придем! - радостно закричала Галочка. – Обязательно придем. © Copyright: Лидия Гладышевская, 2022 Свидетельство о публикации №222020200957 #огонёк_души Фотографии из открытых источников Яндекс.

Эдуард Асадов Доброта Если друг твой в словесном споре Мог обиду тебе нанести, Это горько, но это не горе, Ты потом ему все же прости. В жизни всякое может случиться, И коль дружба у вас крепка, Из-за глупого пустяка Ты не дай ей зазря разбиться. Если ты с любимою в ссоре, А тоска по ней горяча, Это тоже еще не горе, Не спеши, не руби с плеча. Пусть не ты явился причиной Той размолвки и резких слов, Встань над ссорою, будь мужчиной! Это все же твоя любовь! В жизни всякое может случиться, И коль ваша любовь крепка, Из-за глупого пустяка Ты не должен ей дать разбиться. И чтоб после себя не корить В том, что сделал кому-то больно, Лучше добрым на свете быть, Злого в мире и так довольно. Но в одном лишь не отступай, На разрыв иди, на разлуку, Только подлости не прощай И предательства не прощай Никому: ни любимой, ни другу! #огонёк_души

По утрам еще морозит, но весь день стоит тепло. Солнце льет лучи на землю ослепительно светло. И, как весть весны пришедшей, под дыханьем теплоты, Расцвели и запушились вербы белые цветы. Верба, верба — наша пальма — ты на вид совсем проста! Но тобою мы встречаем к нам грядущего Христа. Потому и отдаем мы каждый год, весною, вновь Белой вербе нашу нежность, нашу ласку и любовь. Михаил Стремин, «По утрам еще морозит…», ~1890-1900 #огонëк_души

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ПАВЛА АЛЕКСЕЕВИЧА КОЗЛОВА. Павел Алексеевич Козлов Восторженным хвалам внимая равнодушно Восторженнымъ хвалам внимая равнодушно, Как дань приемля их, Царицей ты идешь среди толпы послушной Поклонников своих; Но, милая, поверь, изменится все это: Любовь своё возьмëт; Лишь явится она — под жгучим зноем лета Растает сердца лëд! Таинственный цветок является порою На лоне светлых волн; Всё к свету рвался он, скрываясь под водою, Красы и блеска полн; Нежданно настает минута роковая И вот -  он, лепестки Красиво распустив, дрожит, благоухая, На зеркале реки… Павелъ Козловъ. #огонëк_души ******************************************************** Павел Алексеевич Козлов Улыбкой торжества лицо твоё сияло 1885 г. * * * Улыбкой торжества лицо твое сияло… Я пред тобой стоял и бледный, и немой… Глядя в мои глаза, ты ясно в них читала Заветныя слова, несказанные мной. Но смерть моя близка; над тихою могилой Забытого певца расстелятся ковром Душистые цветы, и соловей уныло Над нею запоëт о счастье неземном. О, посети её хотя б на миг единый! В тот миг прошедшее воскреснет пред тобой: И в шелесте цветов, и в песне соловьиной Услышишь ты слова, несказанные мной. П. Козловъ #огонëк_души ******************************************************* Павел Алексеевич Козлов Царила тьма; чернели тучи. 1886 г. * * * Царила тьма; чернели тучи… Въ лесу сиделъ я в час ночной; Гудел зловеще лес дремучий, Объятый холодом и тьмой. Вдруг буря ель шумя нагнула, И между туч, сквозь мрак ветвей, Звезда нежданно мне блеснула Живым огнëм своих лучей. Пускай судьба, как тяжкий молот, Разбила все, что я любил; Пускай навек житейский холод Под снегом грезы схоронил; Пусть дни мои текут уныло — Как та звезда среди ветвей, Любви погибшей призрак милый Бросает свет в душе моей. Павелъ Козловъ #огонëк_души ******************************************************** Павел Алексеевич Козлов Моя Мадонна. С. П. К—ой. Когда порой блестит твоя улыбка, Как светлый луч, как мимолётный сон, Мое больное сердце бьется шибко И я стою взволнован и смущëн. * * * В улыбке чудной теплится отрада; В ней прелестью все дышит неземной. Я упоён; как светлая лампада Моя душа горит перед тобой. * * * Но я молчу. Тяжелое молчанье Когда б на миг решился я прервать, Все не сумел бы высказать страданья, Все не сумел бы страсти передать. * * * Я смят борьбой, измучен жизни битвой; Но если бы я вдруг заговорил, К тебе бы понеслись одни молитвы, Как фимиам, что льется от кадил. Козловъ #огонëк_души ******************************************************* Павел Алексеевич Козлов * * * Ты мне бросила полный сочувствия взгляд, Но поверить боюсь я в участье… И, как прежде, стою я тоскою объят Под наплывом нежданнаго счастья. Столько раз был обманут надеждою я И страдал в заблуждении горьком, Что поверить могу лишь сиянию дня, Но не верю обманчивым зорькам. О, ко мне лучезарным светилом явись, Как любви вдохновенный глашатай, И без туч засияет лазурная высь, Что была лишь громами богата. Полон сил, путеводной звездою влеком, Я к врагам понесуся на встречу И, без страха борясь с торжествующим злом, Без победы не брошу я сечу. Павелъ Козловъ #огонëк_души **************************************************** Па́вел Алексе́евич Козло́в (23 марта [4 апреля] 1841, Москва — 15 [27] марта 1891, там же) — русский поэт, переводчик и композитор. Павел Алексеевич Козлов

Уважаемые участники и гости группы ,, Огонëк души". Мы приглашаем всех желающих на поэтический конкурс ,, Дактиль".