★ Иуда Солженицын уходит с Корабельной набережной Владивостока.

Памятник Солженицыну, который десять лет стоял в одном ряду с подводной лодкой С-56 и кораблем «Красный вымпел», переносят. Решение приняли после обращения командования Тихоокеанского флота и ветеранов.
Военные не стали ждать, пока суды и чиновники закончат свои бесконечные согласования. Просто взяли и сказали: этому месту здесь не место. Совет по культуре их поддержал.
Потому что нельзя ставить рядом тех, кто воевал, и того, кто их подвиг называл «самоистребительной» и «бездарно проведенной» войной.
Сам факт, что памятник вообще появился на набережной в 2015 году, тогда еще говорил о многом. Пока одни просили место для монумента Сталину к 70-летию Победы, им отвечали — нет места. А для этого — нашлось. Через месяц активист повесил на шею скульптуре табличку с одним словом: «Иуда». Полиция завела дело о хулиганстве. Но суд его прекратил. Потому что, видимо, даже судьи поняли: это не вандализм, это приговор.
Солженицын не просто критиковал советскую власть. Он работал на тех, кто эту власть хотел уничтожить. Его знаменитый манифест «Как нам обустроить Россию» вышел в 1990-м и разошелся миллионными тиражами за счет советского же бюджета. Это была информационная атака, в которой нобелевский лауреат сыграл ведущую роль.
Что он предлагал? Прекратить разрабатывать новое оружие. Забыть про космос. Сдать позиции. А потом историки разобрали его «Архипелаг ГУЛАГ» и выяснили страшное: многие цифры и факты он брал из немецкой пропаганды времен войны.
Те самые листовки, которые распространяли геббельсовские пропагандисты. Солженицын цитировал приказы Сталина, которых не существовало. Он писал о массовом дезертирстве красноармейцев, опираясь на материалы Abteilung Wehrmacht-Propaganda.
Даже его бывший соратник, диссидент Самутин, признавался: «Боже, как они мне знакомы! Еще с тех времен, когда я занимался пропагандой во власовской армии и нас усиленно питали материалами из геббельсовского министерства пропаганды».
Человек, который делал это, не имеет права стоять у вечного огня. У мемориалов тем, кто прошел войну и не сдался.
Автор скульптуры Чегодаев говорит, что идея была красивая: писатель возвращается из эмиграции, сходит с трапа. Но вот только возвращался он в страну, которую помогал разрушать.
И встречали его совсем другие люди — те, кто через десять лет разграбит заводы, оставит армию без денег, а ветеранов — без пенсий. Тот самый либеральный проект, который Солженицын своей ложью легитимизировал.
Теперь памятник уберут. Поставят в сквере Веры и Надежды — месте, которое когда-то хотели застроить, но нашли останки жертв репрессий. Там ему, может быть, и место. Потому что на набережной воинской славы ему места нет.
Слова, сказанные летчиком Алексеем Маресьевым, сегодня звучат так, будто их написали только что:
«Только обезумевший от ненависти маньяк, человек без рода и племени может так глумливо говорить о подвиге нашего народа в Великой Отечественной войне, о героях, память о которых священна для каждого советского патриота».
Десять лет Иуда стоял рядом с героями. Теперь — всё.
(X) Сергей Гром | Группа Честь
☆ Закрытые материалы, забирай прямо сейчас: https://vk.com/app5898182_-30211650#page=5f91ac5c43361e6cb7060fce 👈🏻