Могла ли Лена сказать, что у нее было счастливое детство?

Скорее всего, нет. Она могла лишь пару-тройку воспоминаний насчитать, которые можно назвать счастливыми. Поездка в другой город, чтобы сходить в зоопарк, первое сентября первого класса да, может, один из своих дней рождений. Когда отец, каким-то чудом, оказался трезв. И Лене тогда не пришлось краснеть перед друзьями.
Отец Лены сильно пил. Да, он был довольно мирным алкоголиком. Их с мамой не бил, не орал. Но, ко всему прочему, он был слишком общительным алкоголиком. Напившись, он любил идти гулять, общаться с соседями, заходить в гости. Весь двор показывал на Лену пальцем, когда ее папа в очередной раз гулял по их поселку.
Лена росла с чувством стыда. Она боялась звать друзей в гости, ведь папа, напившись, не пойдет спать. Он обязательно начнет с ними разговаривать, приставать к ее друзьям со странными вопросами.
Да и всей семьей они в гости, практически, не ходили. Потому что папа не знал меры, и обратно им с мамой приходилось тащить его силой домой.
Лена много раз просила отца, когда он был трезв, не позорить ее. Папа лишь кивал, извинялся, но к вечеру было все по новой.
Лена умоляла маму развестись с ним, но мама не соглашалась. Тащила на себе этот груз, утверждая, что без нее папа просто пропадет. Может, это и было бы так, но Лене было все равно. Она уже не помнила того отца, которого любила. Тот человек, что жил с ними, вызывал в ней только ненависть и отвращение.
Но в тот день, когда Лене было десять, все круто поменялось. Лена возвращалась из школы и увидела своего отца. Она тут же свернула с дороги, не желая с ним встречаться. А потом она увидела, как папа упал. Прямо в сугроб.
Стояли сильные морозы, на дворе был январь. Только недавно закончились новогодние праздники, но папа продолжал их отмечать. Если обычно он пил раз пять в неделю и хотя бы два раза его можно было застать трезвым, то сейчас он начинал пить с самого утра.
Отец попробовал встать, но не вышло. Мимо шли какие-то ребята, которые стали смеяться над ним, а Лене тут же стало стыдно. И тогда она ушла.
Маме Лена ничего не сказала. Она жутко злилась на отца, и думала, что чем дольше он не вернется, тем ей проще.
Но он вообще не вернулся. Ближе к ночи мама забила тревогу. Лена вначале хотела сказать маме, что видела папу, но потом испугалась, что мама будет ругаться.
Отца нашли буквально через час. Он был уже мертв. К ужасу Лены, она не чувствовала горя. Только стыд, что она ничего не сказала, и страх по этой же причине.
А вот мама сильно горевала. Лена один раз подошла к ней и сказала, что им теперь будет проще жить, так мама так сильно на нее кричала! И в тот момент Лена поняла, что никогда не признается, что видела папу. Иначе мама ее не простит.
А через месяц после его смерти Лене впервые приснился тот сон. Она проснулась от собственного крика. Маме она сказала, что приснился кошмар, но она не помнит, какой. Хотя, этот сон она запомнила очень даже четко.
Папа стоял перед ней, вокруг кружил снег. Они были на той самой улице, на которой он тогда и умер. Папа укоризненно мотал головой и говорил ту самую фразу, которую Лена потом будет постоянно слышать во снах: «Ну что же ты, дочка, погубила меня…».
И с тех пор этот сон снится ей уже лет десять. Иногда она может не видеть его по полгода, а иногда он может присниться дважды за месяц.
И самое обидное, что Лена ничего не успевает отвечать. Не успевает сказать, что ей было так стыдно, что она даже и думать об отце не хотела. Что она была уверена, что кто-то поможет ему. Что она не хотела, чтобы он умер. Как минимум, не так.
Она просто просыпалась. А потом долго не могла уснуть, мучаясь мыслью «а что, если…». Что, если бы она подошла тогда к нему? Что, если бы сказала маме, что видела папу? Что, если бы поборола свою злость и стыд?
Она не знала, как бы сложилась ее жизнь. Ведь, несмотря на страдания мамы, после смерти отца им и впрямь стало проще. Никто не воровал деньги, отложенные на еду. Никто не позорил их. Не нужно было бегать вечерами по улице в поисках пьяного отца. Лена смогла приглашать друзей в гости, на нее больше не показывали пальцем и не смеялись над ней. Им стало хватать денег не только на еду, и у Лены появились обновки.
И все равно это все неправильно. Не по-человечески. И Лена от этого сильно мучилась.
Никому она об этом не рассказывала и думала, что унесет в могилу эту тайну. А уж там, в ином мире (если он, конечно, существует) пускай ее осудят. Ведь она виновата.
Но, как оказалось, очень сложно хранить такой секрет.
Лена, вскоре после последнего кошмара, начала встречаться с молодым человеком. И как-то раз, в одну из ночей, она снова проснулась из-за этого жуткого сна.
– Что случилось? – спросил Леша.
– Сон дурной… Все в порядке.
Лена пыталась улыбнуться, но не вышло. Вместо этого на глаза выступили слезы.
– Это просто сон, – утешал ее Леша, – все хорошо…
– Нет, это не просто сон, – всхлипнула Лена.
Может быть, между ней и Лешей были доверительные отношения, и Лена надеялась, что он ее не осудит. А может, она так устала от всего этого, что захотелось поделиться с кем-то близким. Но, как бы там ни было, Лена ему все рассказала. Говорила и плакала навзрыд. Винила себя, утверждая, что это она подписала папе смертный приговор. И что он так ее и не простил, поэтому и приходит к ней по ночам.
– Ты теперь, наверное, бросишь меня, – всхлипнула Лена. – Ведь я – чудовище.
ПОКАЗАТЬ ПОЛНОСТЬЮ (нажмите чтобы открыть)