Сайтама, весна 2011 года: после землетрясения и аварии на Фукусима‑1 многие районы покинули в спешке, людям говорили, что времени всего несколько минут и брать можно лишь самое необходимое — животных в списке не было;

в одном из таких кварталов остался дворняжка по имени Кай, обычный пёс ни породистый, ни молодой, ни герой новостей, а его хозяин, шестидесятидвухлетний (или шестьдесят восьмилетний — соседям казалось, что он около семидесяти), уехал на эвакуационном автобусе и, по рассказам, пытался взять Кая, но пассажиров с животными не впускали; он оставил рядом миску с водой и вернулся закрыть калитку. Первые дни Кай не уходил: сидел у ворот, иногда ложился, иногда вскакивал при звуке моторного гула — каждая проезжающая машина была шансом; через неделю запасы кончились, и он начал бродить по пустым улицам, но вечерами неизменно возвращался на то же место — не потому, что там было лучше, а потому что там его оставили. Военные и волонтёры заметили его через месяц и пытались поймать, но он не становился диким — просто не желал удаляться от ворот; через два месяца один из спасателей оставил запись: «Он не боится людей. Он боится пропустить своего хозяина.» Спустя три месяца Кай стал брать еду с рук, жадно проглатывал её и тут же возвращался к калитке, словно выполняя внутренний долг. Осенью 2011 года ему всё же удалось добраться до приюта; он не выл и не лаял, не рвался — просто сидел у выхода. В 2012‑м хозяина нашли в другом городе, в временном жилье; когда сообщили ему, что пёс жив, тот тихо ответил, что не может его забрать — ему негде держать собаку. В 2013 году Кая взяла семья из Токио: частный дом с двором, добрые люди — он прожил у них ещё четыре года, и единственная странность, о которой говорили новые хозяева, заключалась в том, что каждый вечер он подходил к воротам и долго смотрел на дорогу, не скулил и не метался, просто ждал. В 2017‑м Кай мирно умер во сне; сотрудники приюта позже сказали, что он был счастлив, но до самого конца продолжал ждать кого‑то, кого когда‑то оставили у ворот.
В мире животных