"Было это весной, несколько лет спустя после революции 1917 года. Ездили мы все в Оренбург. Катя с мамой поездом, а мы с отцом на лошади в санях. Лошадь у нас была хорошая, раньше даже в бегах участвовала и призы брала. Папа ее очень любил, и она ему отвечала своей привязанностью. Обратно из Оренбурга мы с папой опять возвращались вдвоем на лошади. Около города Чистополь переночевали в какой-то деревне, а ранним утром тронулись в путь. Деревня стояла почти на самом берегу и, несмотря на раннее утро, на берегу несколько мужчин занимались своими делами. Дорога через Каму на весеннем льду была хорошо обозначена. Не проехали мы и сотни метров по льду, как раздался сильный треск, и лед под нами раскололся. Отец, правивший лошадью, кубарем скатился с саней и отбежал в сторону. Я, молодая девчонка, сидела на поклаже, уложенной в сани, а рядом лежала завернутая икона, поэтому в первое мгновенье не сразу поняла, что произошло. В следующую минуту я увидела, что лошадь стоит, странно растопырив все четыре ноги, упираясь в лед, который, треснув, образовал острый угол, направленный в глубь воды. Сани тоже опустились по уровню ниже лошади, и каким-то чудом упершись в лед, стояли полузатопленными. Крик ужаса вырвался из моего горла перед неминуемой гибелью и покатился по льду, достигнув людей на берегу. Отец неистово молил Бога о спасении. "Не шевелись, - кричал он мне, - держи икону - она спасет вас". В этот момент лошадь повернула ко мне голову и тихо жалобно заржала, а в глазах ее стояла такая мольба и просьба о спасении, которые я не могла забыть все потом прожитые годы. Дальше все происходило как в тумане. С берега прибежали люди с досками, баграми, жердями, куском брезента. Каким-то чудом распрягли лошадь, предварительно подсунув под брюхо жерди и багры. Меня первую сняли с саней. Лошадь затащили на лед, уложив боком. Сани подняли, заведя брезент под полозья. Только успели все это сделать, как льдины провалились в глубь воды, образовав на этом месте большую прорубь. Кто-то притащил четверть самогона и стал порциями вливать в горло лошади, отчего она вскоре встала на все четыре ноги. Один из мужиков вскочил на нее и начал ее гонять по берегу, чтобы разогреть в ней кровь. Меня притащили в избу и усадили в лохань с горячей водой. Всю нашу поклажу высушили. В деревне мы пробыли до следующего утра. Встав утром, все, т.е. отец, я и лошадь, чувствовали себя хорошо, даже простуды ни у кого не было, хотя у меня были промочены ноги, а лошадь стояла по колени в ледяной воде. Я считала и считаю сейчас, что только наличие иконы спасло нас от неминуемой гибели". источник:https://ruskline.ru/analitika/2007/04/25/ob_ikone_molchanie/ Валентина Ивановна Кокорева сделала список с семейной чудотворной иконы "Молчание" и решила преподнести его в дар церкви деревни Егидерево Верхнеуслонского района.

При личной встрече с архиепископом Казанским и Татарстанским Анастасием было решено, что передаваемая Валентиной Ивановной Кокоревой икона "Молчание" будет временно храниться в женском Зилантовом монастыре города Казани. В четверг 18 апреля 2002 г. список с чудотворной иконы был помещен в Зилантов монастырь.

Сама же чудотворная икона находится в Москве и временно помещена в одну из хорошо охраняемых церквей. https://zen.yandex.ru/media/anna1972/ikona-bojiei-materi-molchanie-60b388bc0d73310cf010230f