Жизнь без иллюзий

Осень в том году выдалась дождливой, серой, какой-то особенно липкой. Казалось, небо решило, что городу необходима хорошая стирка, и теперь отжимало свои тяжелые, свинцовые простыни днями напролет. Андрей стоял на кухне, уставившись в окно. Струи воды рисовали кривые карты на стекле, искажая очертания соседних многоэтажек. Он держал в руке чашку с остывшим кофе. Ему не хотелось идти в гостиную, где включенный телевизор бубнил что-то о курсах валют или политических скандалах. Ему не хотелось видеть Елену. Они прожили вместе двенадцать лет. Цифра солидная, пугающая своей округлостью. Двенадцать лет — это не просто время, это целая эпоха. За это время они успели построить карьеры, купить квартиру в ипотеку, выплатить её, завести кота, потерять родителей, пережить измену (маленькую, незначительную, но все же — измену), и теперь они жили в этом странном состоянии «после». После страсти, после ссор, после всего. Осталась тишина. Плотная, ватная тишина, которая давила на уши сильнее, чем любо

Меня зовут Татьяна, мне тридцать девять лет. Замужем двенадцать лет, двое детей — сын девять лет, дочь пять. Работаю удалённо менеджером по продажам. Муж Андрей — инженер на заводе, работает с восьми до шести. Раньше мы не ругались. Жили обычно — работа, дети, быт, выходные. Андрей приходил с работы, ужинал, смотрел телевизор или сидел в телефоне. Я крутилась как белка в колесе — готовка, уборка, дети, проверка уроков. Но я не жаловалась, думала — так у всех. Пока две недели назад не случился тот разговор, после которого всё изменилось. Было воскресенье. Я с утра стирала, готовила обед, убиралась. Андрей лежал на диване, смотрел футбол. Дети играли в комнате. Обычный выходной день. К обеду я устала так, что еле стояла на ногах. Села за стол, и Андрей говорит: — Таня, а что на ужин будет? Я посмотрела на него: — Не знаю ещё. Подумаю после обеда. — А что думать? Ты же дома сидишь, — сказал он как-то небрежно. — У тебя времени полно. Я замерла с ложкой в руке. — Что ты сказал? — Ну я же н

Они прилетели в Красную Поляну двадцать седьмого декабря — Виктор, Лариса и их восьмилетняя дочь Соня. Виктор настоял на этой поездке ещё в октябре, говорил, что семье нужен совместный отдых, что они слишком погрязли в рутине. Лариса сомневалась — дорого, далеко, Соня ни разу на лыжах не каталась. Но муж был непреклонен, купил билеты, забронировал отель, всё организовал сам. — Поверь мне, это

У Иры было двое детей с такой разницей в возрасте, что иногда казалось, будто они из разных эпох. Сын Лёша учился на третьем курсе и всё время говорил про «дедлайны» и «скиллы», а дочке Кате было семь, и она только недавно перестала путать вторник с четвергом. В конце декабря они, как всегда, нарядили ёлку в зале. Ирина заботливо развешивала старые стеклянные игрушки, доставшиеся ещё от её родителей, Лёша лениво разматывал гирлянду, которая запутывалась в комки, а Катя бегала вокруг и спрашивала по десять раз, когда уже придёт Дед Мороз. — Дед Мороз приходит ночью, — терпеливо повторяла Ира, поправляя ватного снеговика, — когда дети спят. До этого у него очень много работы. — А он всем подарки носит сам? — не унималась Катя. — У него что, самолёт? — У него команда, — вмешался Лёша. — Логистика. Катя сделала вид, что поняла, хотя слово «логистика» показалось ей чем‑то из страшной сказки. Когда игрушки заняли свои места, Ира принесла из кухни чашки с чаем и сказала: — Надо написать желан

У Маши и Никиты разница в возрасте пятнадцать лет. Ей было шесть, когда ему уже стукнул двадцать один. Она ходила в подготовительную группу детского сада и учила стихи к утреннику, а он сессии сдавал и подрабатывал курьером, чтобы не сидеть постоянно на родительской шее. В конце декабря дома поставили ёлку — высокую, колючую, которая едва помещалась в комнате. Папа ворчал, что иголки потом всю весну из ковра доставать, мама улыбалась и говорила, что Новый год без настоящей ёлки — не Новый год. Маша бегала вокруг, трогала игрушки, аккуратно снимала с дивана серебристый дождик и примеряла его как шарф. — Давайте желания писать, — предложила мама, когда гирлянду уже развесили, а конфетами обвесили нижние ветки, — повесим записки на ёлку, ночью Дед Мороз заглянет, прочитает и подумает, что вам подарить. Маша тут же пододвинула к себе альбомный лист, взяла зелёный фломастер и задумалась так серьёзно, словно подписывала важный договор. — Только не просите невозможного, — сказал папа, подмигн

Мне тридцать девять лет. Работаю старшим смены на хлебозаводе в Саратове. График сутки через двое. Зарплата сто двадцать тысяч чистыми. Женат на Ольге семь лет. Ей тридцать четыре. Работает менеджером в строительной компании, зарабатывает шестьдесят тысяч. Детей нет — откладываем, всё никак не решимся. Тридцать первое декабря. Я на ночной смене. Должен быть на заводе с восьми вечера до восьми утра. Встречать Новый год на работе — привычное дело. Уже пятый год подряд так. Ольга расстроилась, когда узнала график: — Опять одна буду встречать праздник? — Оль, ну что поделать. Кто-то же должен работать, — ответил я. — Тогда позову Настю. Или Лену. Хоть не одна буду сидеть. — Зови, конечно. Я ушёл на смену в семь вечера. На заводе всё шло спокойно. В одиннадцать вечера начальник производства Виктор Сергеевич заходит в цех: — Ребят, линия номер два встала. Ремонтники чинить не будут до утра — праздник же. Остальные линии работают, справитесь вдвоём. Один из вас может домой ехать. Парни перегл

Артём приехал в деревню к дедушке Петру на зимние каникулы. Автобус высадил его у остановки, и мальчик пошёл по знакомой дороге к дому — мимо покосившихся заборов, мимо старой церкви на холме. Церковь давно не работала. Купол её потемнел, краска облупилась, окна были заколочены досками. Но Артёму она всегда казалась красивой — особенно зимой, когда снег укрывал её крышу белой шапкой. Дедушка встретил внука на крыльце, обнял и повёл в тёплый дом, где в печке потрескивали дрова. — Как я рад, что ты приехал, — говорил он, разливая чай по кружкам. — А то совсем один тут остался. Все разъехались кто куда. — Дедуль, а почему церковь не работает? — спросил Артём, глядя в окно на купол. Дедушка вздохнул: — Давно это было. Ещё при советской власти закрыли. Потом вроде собирались восстанавливать, да всё руки не дошли. Нет у людей денег на такое дело. — Жалко, — сказал Артём. — Красивая же. — Красивая, — согласился дедушка. — Твой прадед там венчался с прабабушкой. Ещё до войны. На следующий день

Мне сорок четыре года. После развода я два года не встречалась ни с кем — просто не было сил. Работа, сын-подросток, ипотека. Подруги давили: "Лен, ты что, до пенсии одна будешь сидеть?" Я отмахивалась. Но в глубине души понимала — хочется, чтобы рядом кто-то был. Зарегистрировалась на сайте знакомств. Без особых ожиданий. Просто посмотреть, что там вообще происходит в этом мире после сорока. Написал Игорь. Пятьдесят два года, инженер-конструктор, не женат, детей нет. В профиле фото нормальное — не в зеркале лифта, не с рыбой в руках. Обычный мужчина. Улыбка приятная. Переписывались неделю. Он писал интересно, без пошлости, задавал вопросы, шутил. Предложил встретиться — я согласилась. Встретились в кафе. Игорь оказался таким, как на фото — без обмана. Одет просто, но аккуратно. Говорил спокойно, смотрел в глаза, не лез с комплиментами через слово. Рассказал, что всю жизнь работает, карьеру строил, отношения как-то не складывались. Был один серьёзный роман лет десять назад, не срослось

Меня зовут Олеся, мне сорок три года. Я не ищу принца на белом коне и не жду, что кто-то решит мои проблемы. У меня своя квартира, хорошая работа в IT-компании, взрослая дочь учится в другом городе. Живу одна, и мне это не в тягость. Но иногда хочется компании. Не для галочки, не потому что «надо», а просто — чтобы было с кем обсудить фильм, съездить на выходные за город, посмеяться за ужином. Зарегистрировалась на сайте знакомств. Написала честно: сорок три года, программист, разведена, люблю путешествия и терпеть не могу вранья. Фото поставила обычное — в джинсах и свитере, без фильтров и фотошопа. Написал Дмитрий. Пятьдесят лет, архитектор, тоже разведён. В анкете всё адекватно: про работу, про увлечение велоспортом, про любовь к книгам. Переписывались две недели. Он писал интересно, с юмором, задавал вопросы, слушал ответы. Договорились встретиться в книжном магазине с кафе. Я люблю такие места — можно и поговорить, и книги посмотреть, и уйти в любой момент, если что-то пойдёт не т