Психолог рядом. Наталья Старосельская

Мы живем в окружении людей. Мужья, партнеры, дети, внуки... Те, кто составляют смысл нашей жизни. Те значимые люди, от которых зависит состояние нашей души. В особые минуты. В особые дни. Они обязаны быть рядом. Так ощущает наше сердце. Ты ведь сейчас, именно сейчас, должен быть рядом, чтобы что-то важное сказать или сделать. Это чувство такое сильное, всеобъемлющее, такое важное, такое устойчивое. В нём столько требования. В нём столько мучительного запроса на нежность, доброту, любовь и заботу. Мы ждем. Мы тянемся. Мы открываем душу. Но в ответ приходит тишина. Или нелепое слово. Или неосторожный жест. А может, и того хуже — грубость, жестокость, насмешка. Знакомо? Тогда читайте дальше. Я хочу рассказать вам о том, что происходит с нами в этот момент и как перестать разбиваться вдребезги. И в этот самый миг внутри нас что-то щелкает. На смену ожиданию чуда приходит совершенно другое состояние. Злоба. Обида. Ненависть. Гнев. Желание отомстить. Заставить сделать так, как тебе нужно. М

"Она справилась. А я — нет. Она молодец. А я — неудачница". Где-то соседка купила новую машину. Кто-то из подруг вышла замуж. Коллега получила повышение. И тут же внутри — как удар: «Я хуже. Я не дотягиваю. Всё, что я делаю, — не то». Я — психолог-травматерапевт. И таких пластинок за годы практики я выслушала сотни. Но самое удивительное: я и сама когда-то жила с этой песней. И знаю, как она выматывает. Мне было лет двадцать, когда я впервые отчётливо её услышала. Сидела на кухне, пила чай, а в голове — как будто кто-то включил диктофон: «Помнишь, как в детстве? Тётя Лена говорила маме: “Твоя старшая — такая умница, а младшая… ну, что с неё взять”. Вот. Про тебя. Ты — вторая. Та самая, с кого “что взять”». Я тогда не понимала, откуда это. Но пластинка заиграла. И заиграла так, что следующие лет десять я только и делала, что доказывала: я не хуже. Я лучше. Я самая успешная, самая умная, самая — да что угодно — лишь бы заглушить тот голос. Знакомая гонка? Ты бежишь, доказываешь, строишь

Речь пойдет об Оптимисте. Кто же это такой на самом деле? Человек в розовых очках, который не видит опасностей? Или же мудрый стратег, умеющий делать жизнь легче? Давайте разбираться вместе, бережно и с научным подходом. 🪀Что говорит наука? В психологии оптимизм — это не просто привычка говорить «все будет хорошо». Это, если хотите, стиль объяснения событий. Этот термин плотно связан с именем Мартина Селигмана, отца позитивной психологии. Селигман обнаружил потрясающую вещь: оптимисты и пессимисты по-разному рассказывают себе историю своей жизни. 1. Оптимист видит плохие события как временные. («У меня сегодня не получилось, но завтра будет новый день»). 2. Он не генерализирует неудачи. («У меня сорвалась сделка» вместо «Я ни на что не годный специалист»). 3. Он видит в хороших событиях закономерность. («Я молодец, я старался, поэтому у меня все получилось»). Пессимист же, наоборот, склонен винить себя за неприятности (это навсегда и везде), а удачу списывать на случайность. С нау

У меня один вопрос: ну почему вы приходите через год? Измена формирует капсулу. Герметичную, тяжелую, наполненную ядом. Она где-то глубоко внутри вас. Это — капсула вашей невыплаканной, неразрешенной боли. Измена - это потеря, утрата. Многие принимают решение пострадать, и приходят спустя год, а то и больше после измены или предательства. К этому моменту они уже прошли этап «острого горя». Казалось бы, время лечит. Но нет. В психологии это называется этапом длительного сопротивления своей боли. Человек привык жить с этой болью, научился не замечать её днём, но она никуда не ушла. Вот в чем главная опасность такой «застарелой» травмы: Когда эмоция (гнев, обида, унижение) не получает своего решения — не нашла разрядки, справедливого объяснения или завершения — она не исчезает. Она прорастает внутрь организма, как корни сорняка. Эта невыраженная эмоция нарушает ток энергий в наших биополях, сбивает работу органов. Получается, что всё наше тело — каждый орган — вынуждено разделять с нам

«Линия жизни». Достаточно часто клиент, который обращается за помощью, не осознает, что причину его психоэмоционального состояния нужно искать в прошлом. Поэтому на начальном этапе работы важно помочь клиенту увидеть прошлые детские травмы и родительские программы, которые негативно влияют на его сегодняшний день. Цель: выявить, с одной стороны, родительские установки, детские травмы и конфликты, а с другой — сильные моменты жизни: победы, преодоление кризисов, разрешение сложных ситуаций. Это упражнение особенно эффективно в трех случаях: Вам понадобится лист бумаги и ручка. Для варианта в кабинете можно использовать и пространство пола, если позволяет площадь, но начнем с классики. Шаг 1. Чертим ось. Проведите на листе длинную горизонтальную линию. Крайняя левая точка — это момент вашего рождения. Крайняя правая — момент смерти (не бойтесь этой точки, она дает нам понимание конечности времени). Поставьте точку «Сегодня» ровно посередине или там, где вы чувствуете. Так вы разделили

Мы привыкли думать, что улыбка — это просто вежливость или способ понравиться. «Улыбайтесь, и мир улыбнется вам в ответ» — эту мантру мы слышали сотни раз. Маркетологи знают: улыбка продавца повышает продажи на 20%. Психологи вроде Карнеги твердили: улыбайтесь, чтобы завоевывать друзей. Но я, работая с людьми в кризисных состояниях, с теми, чьи эмоции застыли в теле тяжелым грузом, скажу вам нечто иное, более глубокое и, возможно, неожиданное. А что, если ваша улыбка... лжет? Что, если за привычной «дежурной» улыбкой, которую мы натягиваем как маску, прячется не радость, а огромное напряжение, страх или боль, которые не нашли выхода? Мы так стараемся быть «хорошими» и «позитивными» для других, что забываем спросить себя: а для меня самого моя улыбка — это правда? Владимир Леви сказал однажды удивительно точную фразу: «Не нужно ни для кого строить улыбку специально — улыбайтесь для себя: только подлинная исходящая изнутри улыбка хорошо действует на других людей». Вот он — главный секрет

«Ну дорогие товарищи! Но это же полный бред — поздравлять женщин с тем, что они женщины, а мужчин с тем, что они мужчины. Вот ещё один очередной праздник, безумие! Ну что тут сказать? Куча расходов на цветы, нелепые подарки. Празднуем какую-то весну... Мы снова и снова празднуем какую-то весну: то Масленица, то Пасха, то 8 марта, то ещё куча всяких непонятных праздников. Как будто сезон — это

Знаете, что чаще всего крадет нашу самооценку? Не мнение окружающих и не реальные провалы. Её крадет внутренняя «училка» — та самая строгая женщина внутри нас, которая садится за стол, берет указку и начинает ставить двойки. За то, что не успела. За то, что устала. За то, что не дотянула до придуманного идеала. Мы живем в бесконечной гонке за мифической «пятеркой», не замечая, что на самом деле мы уже давно сдали этот экзамен. Просто забыли заглянуть в дневник. Сегодня я предлагаю вам упражнение, которое займет не больше часа. Оно не требует специальных навыков, только лист бумаги, ручка и немного честности с собой. Мы не будем годами копаться в детстве (хотя это тоже важно), мы просто поможем вашему внутреннему адвокату заткнуть за пояс внутреннего критика. Готовы? Тогда давайте превращать «троечницу» в «круглую отличницу». Шаг 1. Инвентаризация ролей (Кто я сегодня?) Возьмите лист бумаги. Разделите его на три колонки (или просто пишите списком, оставляя место). В первой колонке мы де

«Я снова не знаю, уйти или остаться. Потому что если уйду — останусь одна. А одной быть… страшно, но привычно». И в этом «привычно» поместилась целая жизнь. Она выросла в семье, где воздух был спертым от беды. Отец пил. Не каждый день, но достаточно, чтобы дом перестал быть крепостью. Мать всегда была занята — не жизнью, а выживанием. Она пыталась латать дыры, затыкать пробоины, успокаивать крики и делать вид, что всё нормально, когда всё было ненормально. В этом хаосе девочка научилась главному навыку — становиться невидимой. Она поняла, что одиночество — это не боль, а спасение. Когда ты одна — ты в безопасности. Никто не ударит, не унизит, не ворвется в комнату с пьяным бредом. Постепенно одиночество стало для нее не пустотой, а надежным бункером. Годы шли. Она повзрослела, но бункер остался с ней. Она не ждала от людей добра, но научилась другому — прислушиваться. К каждому шороху, к интонации голоса, к скрипу половиц. Там, где другие видели просто жизнь, она видела систему раннего