Суер-Выер

Всё началось в марте, когда Мэнди Иворриган вместе с детьми отправилась из родного Гэмбелла (поселение на Аляске) в Савунгу — другое поселение на острове Святого Лаврентия. Поездка на семейные похороны была первым визитом Мэнди в Савунгу за 19 лет. "Это была важная для нашей семьи поездка," — вспоминает Мэнди, — "но я и представить не могла, что она обернется таким испытанием." Пока семья была в Савунге, их собаки Нанук и Старлайт убежали вместе с псом дяди Мэнди по кличке Гост. Для хозяйки начались дни, наполненные тревогой и неизвестностью. Странности начались в последний день их пребывания в Савунге. 10-летняя дочь Мэнди, Бруклин, взволнованно сообщила, что заметила собаку, очень похожую на их Старлайта. А находились они, напомню, в 63 км от дома! "Я была уверена, что это просто похожая собака," — рассказала она Мэнди. Когда пес приблизился, девочка даже отмахнулась: "Ты не наша, тебе нужно идти домой, ты нам не принадлежишь." Присмотревшись внимательнее, она заметила до боли знак

Любите котиков? Да кто де их не любит — скажете вы. А знаете ли вы, откуда произошли наши пушистые любимцы и их дикие сородичи? Недавнее открытие в Китае буквально потрясло научный мир и, наверняка, ещё заставит переписать учебники зоологии! Представьте себе: в пещере Хуалундун на востоке Китая археологи обнаружили челюсть кошки возрастом 300 тысяч лет. Но это была не обычная кошка, а настоящий мини-хищник, который целиком помещался на ладони взрослого человека! "Мы поначалу не поверили своим глазам, — признаются ученые из Китайской академии наук. — Эта крошечная челюсть перевернула все наши представления о происхождении кошачьих". Новый вид получил научное название Prionailurus kurteni. По размерам он был сопоставим с самыми маленькими из ныне живущих диких кошек — ржавой и черноногой, весящими меньше килограмма. Но что самое поразительное: эта миниатюрная кошка оказалась предком не только наших домашних питомцев, но и... манула! Да-да, того самого хмурого толстяка с пушистой шерстью,

Манул Дашка покинула кордон не из-за внезапного решения. Дни становились короче, воздух — прохладнее, и что-то глубоко внутри неё настойчиво требовало движения, исследования, поиска своего места. Это чувство нарастало неделями, пока наконец не стало сильнее привычки к безопасности человеческого жилища. В то утро она вышла на охоту, как обычно. Поймала пищуху, начала есть, но странное беспокойство не отпускало. Высокий человек, которого она знала с самого рождения, уехал накануне, и кордон казался иным — словно потерявшим часть своей защищённости. Дашка оставила недоеденную добычу и, повинуясь внутреннему зову, двинулась в сторону ближайших скал. Она не планировала уходить навсегда — просто позволила своим лапам нести её туда, куда они хотели. Трава была высокой, почти скрывавшей её небольшое тело. Преодолевать этот зелёный океан оказалось неожиданно сложно. Несколько раз Дашка останавливалась, оглядывалась на кордон, размышляя, не вернуться ли. Но каждый раз нечто более сильное, чем ус

Маленький манулёнок Дашка, найденный фермером в степи без матери, был выращен в семье директора Даурского заповедника Вадима и его жены Ольги. После периода адаптации на кордоне заповедника пятимесячная манулиха ушла в дикую природу, выбрав свободу. Через три месяца произошло её неожиданное возвращение — следы вели на крыльцо кордона, к поленнице и входу в гараж, где была оборудована специальная "нора" для кормления. После её появления на кордоне в середине прошлой зимы почти никаких намёков на присутствие Дашки не было. Либо она больше не возвращалась, либо настолько изменилась, что сотрудники заповедника не узнавали её среди других манулов, попадавших в объективы фотоловушек. И вот, в начале сентября — ровно через год после того как она отправилась в дикую природу — прилетела вторая "ласточка". Ночью фотоловушка зафиксировала манула, который вызвал у Вадима особый интерес. Он внимательно изучал изображение на экране монитора. Абсолютно точно самка, судя по манере ходить по-маленьком

Маленький манулёнок Дашка, спасённый фермером и выращенный в доме директора Даурского заповедника Вадима и его жены Ольги, провёл несколько месяцев на кордоне Адон-Челон, где осваивал навыки самостоятельной жизни. В сентябре, когда ей было около пяти месяцев, она ушла в дикую природу и не возвращалась. Три месяца поисков не дали убедительных результатов, хотя были предположения, что одна из молодых манулих, попавших в объективы фотоловушек, могла быть Дашей. Вадим просматривал отчёты инспекторов поздним вечером в своём кабинете, когда наткнулся на сообщение, от которого у него перехватило дыхание. Неделю назад на кордоне Адон-Челон были обнаружены следы манула. Цепочка следов привела на одно крыльцо, затем - на второе, к поленнице, дырке в гараж, куда Даша раньше приходила получать положенную перепелку. Снега было очень мало, к тому же он быстро растаял — невозможно было проследить весь путь животного. Но то, что удалось зафиксировать, выглядело крайне интригующе. Аж дух захватило, ког

Крошечный манулёнок Дашка, найденный фермером в степи без матери, попал в дом к директору Даурского заповедника Вадиму и его жене Ольге. Несколько месяцев они выхаживали малышку, готовя её к возвращению в дикую природу. В сентябре, когда Даше исполнилось пять месяцев, они привезли её на кордон заповедника, где она постепенно осваивала охотничьи навыки и привыкала к самостоятельности. А потом Дашка исчезла — ушла в степь и не вернулась. Три месяца прошло с исчезновения Дашки, и теперь он возвращался на Адон-Челон с двойной целью: продолжить поиски воспитанницы и собрать данные о других манулах, обитающих в заповеднике. — Пора вернуться на Адон-Челон, — сказал Вадим своей команде. — В поисках Даши мы заодно попытаемся побольше узнать и про остальных манулов здесь. План был собрать фотографии манулов, их характерных признаков и образцы экскрементов для анализа. Последнее могло показаться странным, но именно такой материал мог дать точный ответ, находится ли Дашка среди обитающих здесь ман

Уже пять дней прошло с тех пор, как Дашка ушла в неизвестном направлении, и каждый из этих дней Ольга провела в мучительном ожидании. "Пятый день," — подумала она, глядя на закатное небо. — "Пятый день сижу на кордоне в ожидании своего любимого ребёнка." Каждое утро и каждый вечер Ольга обходила территорию вокруг кордона, взбиралась на ближайшие сопки, заглядывала в расщелины между камнями, и её голос разносился по степи: "Даша! Даша!" Иногда она звала так долго, что начинало саднить горло, но ответа не было. Она обошла все ближайшие скалы, зная, что на каждой есть множество удобных для манула убежищ — маленьких пещерок, глубоких трещин, заброшенных нор. Ольга надеялась, что Дашка услышит знакомый голос сквозь дневной сон, ведь манулы в основном активны в сумерках и ранним утром, а днём обычно спят в своих укрытиях. Вернувшись на кордон после очередного безрезультатного поиска, Ольга первым делом заглянула в гараж, где у специально оборудованной "норы" всегда ждала свежая перепёлка. Ед

Вадим, сидя на крыльце кордона, наблюдал за манулёнком Дашкой, которая тщательно вылизывала лапу после успешной охоты. За последние дни её умение добывать пищу заметно улучшилось — сегодня она поймала уже третью полёвку, а вчера впервые самостоятельно справилась с молодой пищухой. "Дикие сверстники уже вовсю сами охотятся и быстро набирают вес", — подумал Вадим с гордостью и лёгкой грустью. — "Пора и Дашке нагонять." Он хорошо знал, что происходит в природе в это время года. Скоро наступят первые заморозки, за ними — холодная осень, а потом и суровая зима с морозами до -50°C. В такие времена манулам требуется солидный запас жира и плотная шерсть, чтобы выжить. Первые ночные заморозки уже начали преображать Дашкину шубку. Её и без того богатый мех становился ещё гуще, превращаясь в надёжную защиту, которая позволит выдержать не только сильные морозы, но и пятимесячную зиму. Манулы приспособлены к суровому климату лучше любых других мелких кошек — это одна из их эволюционных особенностей

Вадим проснулся от знакомого звука — мягкие подушечки лап быстро скользили по оконному стеклу, создавая характерный скрипучий шорох. Он открыл глаза и в полумраке различил силуэт манулёнка Дашки, нетерпеливо перебирающей передними лапами по стеклу. Её глаза отражали слабый свет луны, скрытой за облаками. Взглянув на часы, Вадим тихо застонал — 3:20 утра. До запланированного подъёма оставалось больше двух часов, а впереди ждала важная поездка в районный центр. — Так рано? — шёпотом спросил он, стараясь не разбудить жену Ольгу. — Ты же не голодная. Манулёнок в ответ лишь настойчивее заскребла по стеклу. За окном Вадим заметил лёгкое мерцание — начинался дождь, мелкие капли уже барабанили по крыше кордона. — Посиди пока в доме, — сказал он, осторожно вставая с кровати. — Там дождик накрапывает. К его удивлению, Дашка не стала настаивать. Спрыгнув с подоконника, она неторопливо прошествовала к двери, ведущей из спальни на веранду, и уселась там, терпеливо ожидая. Пока закипал чайник, Вадим