ВСЁ ОБ УГОЛОВНОЙ ЗАЩИТЕ

Фабула: Х., ранее несудимый, оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. З ст. 33, пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105, ч. З ст. 33, пп. «б», «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, на основании пп. 1, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с неустановлением события преступления на основании вынесенного коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта. Х. обвинялся в организации убийства и разбоя. Потерпевший был задушен – соучастник П. сам рассказал присяжным об этом. Труп обнаружен, причина смерти установлена – механическая асфиксия. Апелляция приговор оставила без изменения. Отменяя приговор Московского областного суда и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда и передавая дело на новое рассмотрение, Верховный Суд указал: Защита систематически нарушала ст. 335 УПК РФ согласно которой, в ходе судебного в разбирательства в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказан

Хочу привести пример дела, когда адвокат своими непрофессиональными действиями буквально топит своего подзащитного. Согласно приговору суда Ф. признан виновным в том, что 31 декабря 2022 года на почве личных неприязненных отношений умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности ее смерть. Осужденный в жалобе указал, что по делу допущены нарушения уголовно-процессуального закона, в том числе его право на защиту, выразившиеся в непрофессиональной деятельности адвоката К., который не оказывал ему надлежащей помощи, а на процессуальные действия в ходе предварительного следствии являлся только для того, чтобы подписать готовые протоколы, считает выплату адвокату вознаграждения подтверждением наличия сговора с ним обвинения, его отказ от данного адвоката в судебном заседании был необоснованно отклонен. Адвокат К. представлял интересы Ф. на стадии предварительного следствия и судебного разбирательства в порядке ст. 51 УПК РФ. Верховный Суд в о

В условиях, когда обвиняемого помещают в СИЗО, его действия, как может показаться на первый взгляд безобидные, способны усилить позицию следствия. Несмотря на то, что заключение под стражу направлено на обеспечение участия обвиняемого в уголовном процессе, предотвращение давления на свидетелей и сохранность доказательств, фактически «стража» имеет иную функцию. Обвиняемый оказывается изолирован от привычной среды, с ограниченными контактами и в полном информационном вакууме. Эта обстановка делает его уязвимым и, зачастую, на такого человека становится легко воздействовать. Самыми распространенными ошибками в поведении обвиняемого, помещенного в СИЗО являются следующие: 1. Непроцессуальное общение со следователем и оперативными сотрудниками. Такое неформальное общение используются следствием как источник ориентирующей информации. Как правило разговоры, начинающиеся с бытовых тем, и постепенно переходят к обсуждению интересующих следствие обстоятельств. Даже фрагментарные высказывания по

На днях попалось любопытное дело. Любопытно оно с точки зрения подхода судей (благо не всех) к оценке доказательств, представленных и исследованных в судебном следствии. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрела кассационную жалобу осужденного В. и его защитника на приговор мирового судьи, апелляционное и кассационное постановления по обвинению в умышленном причинении легкого вреда здоровью (Определение № 44-УД25-27-К7 от 29 января 2026 года). Причина конфликта между соседями банальна. Между соседями по садовому участку В. и потерпевшим сложились неприязненные отношения. В. сделал замечание потерпевшему за выброс мусора в неположенном месте и его сжигание в сухую погоду. Потерпевший нанес В. удар кулаком в лицо, от которого тот упал на кучу песка. И в этом месте, обстоятельства, «установленные» судом мировым судьей вызывают недоумение. Согласно приговору, лежа на земле, подсудимый В. схватил потерпевшего за одежду, удерживал его ногу и нанес камнем около 10 уд

Четвертый кассационный суд общей юрисдикции оставил без удовлетворения кассационную жалобу Валентины Ш., осуждённой за покушение на убийство её малолетнего ребёнка. В ходе судебных разбирательств было установлено, что в феврале 2025 года, находясь дома с двумя малолетними детьми, 28-летняя Ш. нанесла удар кухонным ножом своему пятилетнему сыну. Ребёнка удалось спасти благодаря оперативной медицинской помощи. На суде Ш. частично признала свою вину, пояснив, что ребенок баловался, и она не заметила его, находящегося сзади, в момент, когда резала колбасу, что привело к случайному нанесению удара ножом. Армавирский городской суд, с учётом всех обстоятельств и свидетельских показаний, признал женщину виновной в совершении особо тяжкого преступления (ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ) и назначил ей наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима сроком на 8 лет 6 месяцев. Потерпевшего мальчика и его малолетнюю сестру забрал их отец. Краснодарский краевой суд учел

По приговору мирового судьи судебного участка № 2 Курского района Ставропольского края от 28 ноября 2022 г., оставленному без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, З., ранее не судимая, осуждена за каждое из двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 1591 УК РФ, к штрафу в размере 8000 руб., на основании части 2 статьи 69 УК РФ ей назначено окончательное наказание в виде штрафа в размере 12 000 руб. В кассационной жалобе З. просила об отмене всех состоявшихся судебных решений и о постановлении оправдательного приговора, поскольку судами первой и апелляционной инстанций не установлены обстоятельства дела, подлежащие доказыванию, в частности наличие у нее умысла на хищение денежных средств, представление ею заведомо ложных и недостоверных сведений о доходах. Отмечала, что у нее имелся интернет-магазин одежды, однако запрос о ее работе был направлен в другой магазин. Полагала, что принятие ею мер по исполнению обязательств путем заключения дополнительных соглаше

Фабула: У. обвинялась в фиктивной постановке на учет девяти иностранных граждан по месту пребывания в принадлежащей ей квартире в Пермском крае. Иностранцы фактически в квартире не проживали, их вещи не обнаружены. У. систематически за плату регистрировала мигрантов для их легализации в России. Районный суд прекратил дело по п. 2 примечания к ст. 322³ УК РФ, сочтя, что У. способствовала раскрытию преступления. Седьмой кассационный суд оставил постановление без изменения, указав, что показания обвиняемой послужили основанием для возбуждения дополнительных уголовных дел. Выводы Верховного Суда: ВС РФ установил, что преступление было раскрыто до допросов У. Поводом для возбуждения дела стал рапорт следователя по информации миграционной службы. Осмотр квартиры проведен 23 июля 2024 года в отсутствие У., факт фиктивной регистрации девяти граждан выявлен до ее допроса 20 августа. При допросах У. не сообщила количество зарегистрированных лиц, их данные, лишь подтверждала информацию, уже изве

Фабула: З. осуждена за убийство Н. с особой жестокостью. В ходе конфликта она причинила потерпевшему множественные телесные повреждения, откусила кончик языка, ногтевую фалангу пальца левой кисти и ногтевую пластину пальца правой кисти. После этого устроила поджог в квартире, пытаясь уничтожить следы преступления. Областной суд назначил 15 лет лишения свободы по п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ. Апелляция оставила приговор без изменения. Осужденная и защитник просили переквалифицировать действия на ч.1 ст. 108 УК РФ (убийство при превышении пределов необходимой обороны), утверждая, что З. защищалась от агрессивных действий потерпевшего, занимавшегося тайским боксом. Выводы Верховного Суда: Верховный Суд отклонил доводы защиты. Судебно-медицинские экспертизы опровергли версию об обороне: повреждения на теле З. не соответствовали указанным срокам, следов изнасилования не обнаружено, травм головы от якобы нанесенных ударов не было. З. имела возможность покинуть квартиру, но не сделала этого, не

Фабула: 30 августа 2021 года в Тамбовской области А., управляя автомобилем "Рено Логан", совершил наезд на пешехода Т., переходившего дорогу. В результате ДТП потерпевший скончался. Следствие установило, что водитель нарушил п. 10.1 ПДД. Районный суд осудил А. по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы в колонии-поселении с лишением права управления транспортными средствами на 2 года. Суд апелляционная инстанции исключил из доказательств показания одного свидетеля об обстоятельствах со слов осужденного. Второй кассационный суд общей юрисдикции оставил решения без изменения. В кассационной жалобе А. настаивал, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам. Указывал, что две небольшие ссадины на голени потерпевшего не являются следами воздействия его автомобиля. Утверждал, что суд не исследовал экспертизу в совокупности с другими доказательствами. Ссылался на отсутствие на автомобиле следов ДТП и несовпадение высоты повреждений. Обращал внимание, что свидетель не ви