Страна Самоделок

Людмила проводила мужа на работу в последний раз, стоя у окна, проводила взглядом его машину. Виктор выходил на пенсию после 35 лет в одной компании. Уважаемый начальник отдела продаж. Вечером устроили проводы. Пришли коллеги, принесли подарки и говорили речи. Людмила смотрела на мужа, сидящего во главе стола и принимающего поздравления. Думала, что он заслужил отдохнуть. Утром понедельника Виктор проснулся по привычке в семь. Оделся и спустился на кухню, налив кофе. Сел за стол и стал читать газету. Людмила готовила завтрак, поглядывая на него. - Вить, а ты чего так рано? Можно же еще поспать. - Привык, не могу лежать. - Ну так хоть отдохни сегодня, погуляй или телевизор посмотри. Виктор фыркнул, листая газету. - Что я, старик что ли, телевизор смотреть? К обеду он обошёл квартиру три раза, заглянув во все шкафы, проверил краны, покрутил ручки на окнах. - Людка, у нас на кухне кран течёт. - Не течёт. - Течёт и капает. Надо починить. - Вить, он 30 так капает, тебя это никогда не беспок

Сидел, листая экран, и улыбался той улыбкой, которой раньше улыбался только ей. - Что смешного? - спрашивала она. - Да так, мем, - отвечал он, быстрее убирая телефон. Но теплая улыбка оставалась. Потом появились задержки на работе. «Проект горит». «Совещание затянулось». «Начальство задержало». Сначала раз в неделю, потом два или три. Наташа не спрашивала, верила ему. Но внутри что-то менялось. Муж стал другим. Приходил домой уставший, но не измотанный работой. Уставший от того, что должен быть здесь, а не там, где хочет. Однажды она обняла его со спины на кухне, прижавшись, как раньше. Он не отстранился, но замер на секунду. Но она почувствовала, что он думает о другой. - Илья, у тебя кто-то есть? - спросила она тихо. - Нет, - ответил он, не обернувшись. - Конечно, нет. - Правда? - Правда. Он врал, она слышала это в голосе. В паузе перед ответом, как он не развернулся и не посмотрел в глаза. В апреле он забыл про их годовщину. Пять лет. Просто забыл, а вспомнил вечером, увидев накрыты

Лариса увидела фотографию случайно, листая новостную ленту в телефоне, когда ждала заказ в кафе. Снимок с городской премии «Лучший предприниматель года». Её муж Сергей на сцене, улыбался в камеру, держа награду. А рядом была молодая беременная женщина. Подпись под фото: «Сергей Волков с супругой Ириной». Лариса перечитала три раза. Потом увеличила снимок, вглядываясь в лицо незнакомки. Та смотрела на Сергея так, как смотрят жёны. Телефон задрожал в руках, и Лариса положила его экраном вниз. Посмотрела в окно, не видя ничего. Заказ принесли, но она к нему не притронулась. Дома были дети. Денис и Катя. 15 и 12 лет. Они делали уроки, слушая музыку. Обычный вечер. Сергей вернулся в десять, как всегда, после «командировок». — Привет, сказал он, целуя Ларису в щёку. Она не ответила, протянув телефон с открытой фотографией. Сергей посмотрел и побледнел. Положил телефон на стол. — Давай поговорим. — Говори. Он сел напротив, потирая лицо руками. — Это началось четыре года назад. Командировка в

Михаил налил себе кофе, сел за стол и развернул газету. Ольга стояла у плиты, переворачивала яичницу, слушая утренние новости по радио. Они не здоровались по утрам. Зачем, если засыпали и просыпались рядом двадцать лет. Он ел молча, и она тоже. Радио заполняло тишину, говорили про погоду, пробки и политику. Михаил дочитал статью, сложил газету и отнёс тарелку в раковину. — Я поехал. — Хорошо. Дверь закрылась. Ольга осталась одна, доедая остывший тост и смотря в окно. На улице шёл серый монотонный дождь, как их жизнь. Вечером он вернулся в семь. Ольга готовила на ужин котлеты с гречкой, его любимое. Он переоделся, вымыл руки и сел за стол. Она поставила тарелку перед ним и села рядом. — Как день? спросила она, потому что так полагалось. — Нормально, а твой? — Тоже. Тишина. Звук вилок о тарелки и гудение холодильника. Михаил доел первым, а затем включил телевизор. Шло какое-то ток-шоу, где люди кричали, спорили и перебивали друг друга. Ольга убрала со стола, помыла посуду и вытерла руки.

Алла Петровна позвонила в дверь сына в девять вечера, держа в руках кастрюлю с борщом. Лиза открыла и, увидев свекровь, машинально натянуто улыбнулась из вежливости. — Здравствуйте, Алла Петровна. — Лизонька, я тут борщик сварила, думаю, дай занесу. А то вы небось с работы, ужинать некогда. — Спасибо, но мы уже поели. — Ну и ладно, завтра разогреете. Где Дима? — Моется. Алла Петровна прошла на кухню, не снимая пальто, и поставила кастрюлю на стол. Оглядела все привычно оценивающим взглядом, заметив грязную посуду в раковине. — Ой, Лизонька, а посуда-то не помыта. Димочка, наверное, устал, да? Давай я быстро помою, я мигом. — Не надо, я сама потом. — Да что ты, мне не сложно. Ты ведь тоже работаешь. Лиза стояла, сжимая полотенце в руках, чувствуя, как внутри закипает привычное раздражение. Свекровь приходила три раза в неделю и всегда с едой. Всегда «на минуточку», а оставалась на два часа. Дима вышел из ванной, увидел мать, и подошел обнять. — Мам, привет. Ты зачем так поздно? — Да я м

Светлана шла по коридору школы, держа в руках пакет с пирожками. Испекла утром, потому что Дима любил с капустой. Попросил принести на перемену, сказал, что забыл позавтракать. Она добралась до его класса за 30 минут, хотя работала на другом конце города. Отпросилась, села на два автобуса, шла быстро, чтобы успеть к большой перемене. Дверь класса была приоткрыта. Она услышала голоса, подростки обсуждали что-то, громко смеялись. Потом чей-то насмешливый голос сказал: — Димон, а твоя мамаша опять в этой куртке приперлась? Та, которая у неё лет сто уже? Светлана замерла. Куртка действительно старая, восьмой год носила, купленная на распродаже ещё до кризиса. Потёртая на локтях, молния заедала, но тёплая. Другой просто не было. — Заткнись, — голос Димы был глухой. — Да ладно, нормально, просто прикольно. У Кати мать на "Мерседесе" приезжает, а у тебя на автобусе. В драной куртке, сильный контраст. Послышался злой гогот. Светлана не вошла. Развернулась и прошла обратно по коридору, выйдя на

Татьяна поставила тарелку перед мужем, не дожидаясь благодарности. Игорь взял вилку, не отрывая взгляда от телефона, и начал есть молча. Она села рядом с ним и смотрела на его сосредоточенное лицо. Так выглядел каждый их ужин из четырнадцати лет. Она не ждала разговора, научилась не ждать. Первые годы спрашивала: «Как день прошёл?» Он отвечал: «Нормально». Потом перестала спрашивать. Игорь доел, поставил тарелку в раковину и ушёл в гостиную. Щёлкнул телевизор. Она убрала со стола, вымыла посуду. Вытерла руки, а затем посмотрела на часы. Восемь вечера. Впереди ещё два часа до сна, которые нужно было чем-то заполнить. Павел появился в ее жизни случайно, на корпоративном тренинге в марте. Сидел за круглым столом, слушал лектора и иногда делал пометки. Когда они случайно столкнулись взглядами, он не отвёл глаза сразу. Просто спокойно посмотрел. Таня почувствовала что-то странное. Будто кто-то дёрнул за нить внутри, давно считавшуюся оборванной. В перерыве он налил ей кофе, не спрашивая. Он

Соня готовила ужин, слыша, как Артём паркует машину во дворе. Восемь вечера. Пришёл вовремя, как обычно. Она поставила тарелки, поправила скатерть и убавила огонь под кастрюлей. Дверь открылась. Он вошёл, снимая куртку, не здороваясь. Не потому, что злился, а просто забыл. Так, бывало, последние полгода. — Ужин готов. — Ок. Артём прошёл в ванную и долго стоял под душем. Потом вышел, сел за стол и ел молча, глядя в тарелку. — Как день прошёл? — Нормально. — На работе что-то случилось? — Нет, всё нормально. Соня смотрела на него, пытаясь поймать взгляд. Он не поднимал глаз, и просто жевал. Он думал о чём-то своём, где-то далеко от этой кухни. — Артём. — Что? — Ты здесь? Он поднял голову и посмотрел на нее. — Да, я здесь. А что? — Ничего, просто спрашиваю. Он доел, отнёс тарелку в раковину и ушёл в гостиную. Включил телевизор. Через двадцать минут она услышала тихое похрапывание. Он уснул в кресле третий раз за неделю. Соня мыла посуду, думая о том, что они не разговаривали по-настоящему