Сердечные Рассказы

Предыдущая часть: Так и вышло. Вера отправилась обходить своих пациентов, и постепенно их проблемы начали вытеснять её собственные. Она искренне радовалась тем, кто шёл на поправку, и немного грустила, если улучшений не наблюдалось, но с каждым обращалась с неизменной душевной теплотой, заботой и твёрдой уверенностью, что в конце концов они обязательно поправятся. — Вы нас прямо балуете, Вера Степановна, — с благодарной улыбкой заметила пожилая пациентка, когда Вера поправила ей одеяло и подоткнула края. — Такое впечатление, будто вы и не врач вовсе, а моя любимая внученька, которая искренне заботится о приболевшей бабушке. — Ну что вы, — смутилась Вера, поправляя на женщине подушку. — Это моя работа в конце концов — заботиться о вас и вашем здоровье. Мне совсем нетрудно. — Эх! — покачала головой пожилая женщина, тепло глядя на неё. — Вот если бы все врачи были такими, как вы, а ещё лучше — вообще все люди. Ой, как бы мы тогда по-другому жили! Вера хотела было возразить, сказать, что о

— У тебя что-то важное намечается в этой поездке? — осторожно поинтересовалась Вера, прислонившись плечом к дверному косяку. — Что, уже взяла надо мной контроль? — отозвался муж, дёрнув плечом с какой-то неестественной резкостью. — Да ты на себя посмотри. В десятый раз перекладываешь вещи, в десятый раз проверяешь паспорт. Я понимаю, перед поездками всегда есть какое-то волнение, но обычно ты ведёшь себя гораздо спокойнее. — Не говори глупостей, — отмахнулся Денис, не глядя на неё. — Вечно ты выдумываешь проблемы на пустом месте. Я абсолютно спокоен. Просто не хочу ничего забыть. Вере оставалось лишь молча вздохнуть. Она знала: продолжать расспросы бесполезно, всё равно он не скажет ни слова правды. Да и когда в их отношениях было иначе? За все пять лет супружеской жизни большинство её попыток поговорить о чём-то серьёзном натыкались на глухую стену нежелания обсуждать важные темы. Особенно болезненной была тема детей. Вера давно мечтала о ребёнке, а Денис до свадьбы, казалось, полност

Предыдущая часть: Тем временем вечер сгущался, опускаясь на город мягким покрывалом. Надя направилась к дому Дмитрия пешком, чтобы не привлекать лишнего внимания. Подойдя к особняку, она огляделась: густые кусты по обе стороны от калитки, окна, в которых горел мягкий свет. Место казалось тихим и уединённым, идеальным для того, чтобы никто не заметил постороннего человека. Надя обошла дом сбоку и, крадучись, пробралась к тому месту, где, по словам Андрея, он уронил телефон. Трава была высокой, густой, и искать что-то в ней в темноте казалось почти невозможным. Надя достала из сумки телефон, включила фонарик и принялась методично ощупывать траву, проверяя каждый сантиметр, стараясь не шуметь и не привлекать внимания. О том, чтобы её случайно не заметили, она старалась не думать. Прошло около получаса, прежде чем она нащупала в траве что-то твёрдое и гладкое. Это был смартфон в синем чехле, который она видела у Андрея, когда заходила в палату. Надя вздохнула с облегчением, вытерла его рук

Предыдущая часть: В этот момент её буквально озарила внезапная догадка. Частички пазла вдруг сложились в единую картину. Мальчик из записки — его тоже звали Андрей, а мачеху, которую он описывал как «плохую тётю Инну», звали именно так. Для неё это означало только одно: маленький пациент, который сейчас находился в операционной, и автор трогательного письма, найденного в рояле, скорее всего, один и тот же человек. — Простите, Дмитрий, — окликнула она бизнесмена, догоняя его в коридоре. — Не знаю вашего отчества, извините, что спрашиваю в такой момент. Но у вас случайно не было рояля, от которого вы недавно избавились? Конечно, вопрос прозвучал нелепо и неуместно, особенно на фоне всего происходящего. Но Надя чувствовала, что не может упустить эту нить. Если её предположение верно, то это могло стать ключом не только к истории старинного инструмента, но и к тому, что происходило сейчас в жизни маленького Андрея. Дмитрий, удивлённый странным вопросом, на мгновение замер. — Рояль? — перес

Предыдущая часть: В этот момент дверь в палату бесцеремонно распахнулась, и на пороге появилась Марина Соболева — коллега по отделению, женщина, которую Надя знала уже несколько лет и с которой у них давно сложились сложные отношения. Марина была известна своим циничным нравом и безграничным карьеризмом, за спиной у Нади она не раз распускала сплетни и даже пыталась подставить её перед начальством, завидуя её таланту и успеху. — Что здесь происходит? — спросила Марина, с надменным видом оглядывая присутствующих. — Почему такая спешка? Куда вы собрались его везти? Надя с явным неодобрением посмотрела на коллегу, но постаралась взять себя в руки. — У пациента серьёзная травма позвоночника, компрессионный перелом, — чётко объяснила Надя. — Нужно срочно делать операцию, пока не начались необратимые изменения. — А я считаю, сейчас проводить операцию не стоит, — возразила Марина, скрестив руки на груди. — Нужно дождаться родителей и получить официальное согласие. К тому же мы не знаем всех о

Тёплый летний вечер окутывал дачный посёлок тишиной и покоем. В воздухе витал аромат цветущей липы и скошенной травы — та самая безмятежность, которая бывает только в пору, когда солнце уже клонится к закату, а жизнь течёт неспешно и размеренно. В доме Веры Николаевны, утопающем в зелени старого яблоневого сада, царило оживление: сегодня она отмечала юбилей, и родные собрались поздравить любимую учительницу музыки, женщину, которую все ценили за душевную щедрость и доброту. Среди суеты и радостных хлопот особенно старалась её невестка Надя. Она работала врачом в отделении нейрохирургии городской больницы и ради этого дня взяла отгул, чтобы успеть всё подготовить. Надя знала, как сильно Вера Николаевна мечтает о рояле: с годами инструмент, на котором она играла в молодости, пришёл в негодность, а купить новый после недавнего ремонта в квартире возможности не было. И тогда Надя решила действовать сама. Алексей, её муж, к этой затее отнёсся скептически. Услышав, что жена собирается приобр

Предыдущая часть: Только тогда Денис заметил, что его щёки мокрые от слёз. Он никогда не плакал — никогда, даже в самые трудные минуты жизни. Но последние строки достали до самого сердца, пробили ту броню, которую он носил годами. Вера написала эти слова после того, как с момента их расставания прошло больше пяти лет. Всё это время она любила его и страдала, оставаясь одна, не желая никого другого. Денису стало настолько плохо, что усидеть на месте он не мог. Нужно было срочно отвлечься, заглушить эту боль, которая навалилась с новой силой. Захотелось напиться — просто до потери сознания, чтобы забыться хотя бы на несколько часов. Он решил поехать в город. Через полчаса он уже был в торговом центре. Позвонил Соболеву, попросил подъехать, но Алексей ответил коротко и озабоченно: — Я на дежурстве, готовлюсь к операции. Слышал, какая у нас беда? Грузовик снёс несколько машин и рейсовый автобус. Скорые уже не знают, куда пострадавших везти. Наше приёмное отделение переполнено. Может, приед

Предыдущая часть: Инна вспыхнула, и в её глазах вместо страха появилась злость. — Денис, не паникуй, — резко ответила она, скрещивая руки на груди. — В наше время любое повышение решается через связи. Один ты этого не понимаешь. Я же для тебя старалась, потому что люблю тебя. По-настоящему люблю, а не просто так слова на ветер бросаю. Денис криво усмехнулся. — Инна, мне такая любовь не нужна, — твёрдо сказал он. — А уж женщина, которая изменяет, — тем более. Я не собираюсь быть посмешищем из-за твоих ночных похождений. Инна разрыдалась. Она бросилась к мужу, пытаясь обнять его, начала просить прощения, уверять, что это было в первый и последний раз и больше никогда не повторится. Она говорила сквозь слёзы, что не думала, будто эта информация может дойти до Дениса, и уж никак не ожидала от него такой реакции. Надеялась, что он будет ей благодарен за заботу о его карьере. Она же не знала, что вопрос его назначения уже был решён и в её помощи никто не нуждался. — Денис, ну пожалуйста, — в

Предыдущая часть: Вера представила Дениса, а затем своих родственников. Пожилая седоволосая дама оказалась двоюродной бабушкой Веры, тётей её покойного отца. Приветливый старичок, примерно на десять лет старше дамы, был её мужем. Вместе с ними находилась их дочь — ухоженная женщина лет пятидесяти. Выяснилось, что она привезла своего отца на медицинское обследование, заодно прихватила и мать, чтобы та немного развлеклась. В городе они пробыли уже пять дней и через два дня собирались выезжать домой. Через несколько минут все расположились за уютным столиком в патио. За обедом родственники девушки разговаривали много и охотно, и чем больше слушал их Денис, тем мрачнее становился. Из слов родни невесты он понял: Вера — наследница очень большого состояния. И не просто наследница, а глава фирмы, которую создал её отец и в которой она занимала высокие должности ещё при его жизни, будучи талантливым айтишником. Теперь она руководила этой фирмой самостоятельно. Денис делал вид, что всё хорошо,

Денис Андреевич Корсаков, хирург, вышел из операционной, чувствуя, как напряжение последних четырёх часов постепенно отпускает мышцы. Операция выдалась сложнейшая — молодой парень, серьёзно пострадавший в аварии, буквально висел на волоске от смерти, и шансов на благополучный исход практически не оставалось. Но их бригада справилась: все манипуляции прошли гладко, пациент перенёс вмешательство хорошо, и теперь появилась реальная надежда на то, что он выкарабкается. Денис был доволен — и собой, и своей командой, работавшей спокойно, сосредоточенно, понимая друг друга без лишних слов, хотя попотеть пришлось всем изрядно. Впрочем, иного от своих коллег он и не ожидал. Восемь лет бок о бок с одними и теми же людьми — ассистентом, операционной медсестрой и анестезиологом, — и за это время каждый из них зарекомендовал себя как отличный, надёжный специалист, на которого можно положиться в любой ситуации. Сейчас хирург направлялся в ординаторскую, чтобы перевести дух, и с тёплой благодарностью