Музей-заповедник Горнозаводской Урал

Представьте: вы держите в руках не просто десертную тарелку, а билет в царскосельский парк, каким его запечатлели в начале XIX века. Чёрно-белый рисунок оживляет колоннаду Камероновой галереи, а тонкий золотой ободок напоминает: это произведение делали мастера Императорского фарфорового завода. Сегодня расскажем историю одного экспоната из коллекции Нижнетагильского музея-заповедника «Горнозаводской Урал». В коллекции музея-заповедника хранится тарелка «Вид Камероновой галереи в Царскосельском парке», изготовленная на Императорском фарфоровом заводе. Это белая десертная тарелка. По её борту проходит тёмно-розовая полоска и золотистый орнамент. Зеркало (центральная часть) обведено золотой полосой. На всей поверхности зеркала – чёрно-белый рисунок с изображением части парка и Камероновой галереи Екатерининского дворца в Царском Селе. Камеронова галерея занимает особое место среди архитектурных и художественных сокровищ России. Она расположена в живописном парке Царского Села. Этот неповт

Графическая серия Владимира Минаева. В фондах Нижнетагильского музея-заповедника «Горнозаводской Урал» хранятся графические листы советского художника Владимира Николаевича Минаева (1912–1993), поступившие на постоянное хранение в 2021 году из государственного музейно-выставочного центра «РОСИЗО». Сегодня мы впервые представляем их тагильчанам. Владимир Минаев принадлежит к поколению, чья юность и зрелость пришлись на суровые испытания XX века. Участник Великой Отечественной войны, он прошел путь от работы в оборонно-плакатной бригаде до службы во фронтовых газетах и Студии военных художников имени М. Б. Грекова. Этот опыт наложил отпечаток на все его творчество, для которого характерны драматизм и романтическая приподнятость образов. После войны Минаев нашел себя в книжной графике, сотрудничая с ведущими издательствами, такими как «Детгиз», «Художественная литература» и «Прогресс». Он иллюстрировал русскую и зарубежную классику, детские сказки, создавая психологически тонкие и запоми

В Нижнетагильском музее-заповеднике «Горнозаводской Урал» хранится сувенирный листок размером чуть больше спичечного коробка. Он посвящён 10-летию полёта Юрия Гагарина в космос, но оплатить пересылку им нельзя. Это не марка, а филателистический сувенир. Рассказываем, как отличить одно от другого. Сувенирный листок номиналом 15 копеек поступил в фонды музея много лет назад. Он посвящён знаменательной дате – 10-летию первого полёта Юрия Алексеевича Гагарина. Листок имеет размер всего 8,8 × 6,0 см и был создан в 1971 году. Серия, к которой он относится, призвана увековечить событие, навсегда изменившее историю: 12 апреля 1961 года человек впервые полетел в космос. 108 минут на корабле «Восток-1» стали символом эпохи, а для миллионов людей – поводом для гордости. Выпуск филателистической продукции, в том числе сувенирных листков, подчёркивал масштаб достижений советской космонавтики. Чем сувенирный листок отличается от марки? Не всякий коллекционер с первого взгляда отличит сувенирный лист

Тагильчане имеют к «делам космическим» самое непосредственное отношение. Именно наши ученые, конструкторы, инженеры стали первопроходцами в деле создания космической техники и внесли достойный вклад в ее развитие. Четыре десятка лет отдал криогенному производству Ростислав Анатольевич Хамов. По воспоминаниям его коллеги Якова Лазаревича Зильберштейна, Хамова часто сравнивали с популярным американским пианистом Ван Клиберном. На импозантного, высокого и статного Ростислава Анатольевича всегда обращали внимание. Яков Лазаревич так характеризовал своего коллегу: «Хамов – товарищ заботливый и внимательный, обходительный и в то же время требовательный к себе и окружающим на производстве. Среди коллег считался первым рыбаком. Знатный грибник, любил уральскую природу и ценил ее красоту и богатство. Семьями ездили отдыхать – рыбачили, собирали грибы, путешествовали на машинах по Уралу. Ростислав Анатольевич мастерски ловил раков и угощал всех. Угощал так, как умел только он – вкусно и широко

Нижний Тагил – город, где каждый уголок дышит историей, а каждая улица рассказывает о прошлом. Здесь старинные здания соседствуют с современными постройками, создавая гармоничную палитру городского пейзажа. Внутри такого ландшафта скрыто настоящее сокровище архитектурной мысли – это Демидовский госпиталь, расположенный на улице Горошникова. Здание заводского госпиталя первой трети XIX века, включенное в обширный комплекс современной Демидовской больницы, более 200 лет сохраняет свое первоначальное назначение, являясь не только замечательным памятником архитектуры классицизма, но и действующим памятником истории медицины на Урале. Именно с госпиталя для рабочих и служащих Нижнетагильского завода началась история здравоохранения в городе. В 1828 году двухэтажное каменное здание сменило деревянные корпуса госпиталя, основанного еще Никитой Акинфиевичем Демидовым в 1758-1763 гг. Проектирование и сооружение новых госпитальных зданий стало одной из первоочередных задач для крепостного архите

Представьте: 1853 год, Санкт-Петербург. Подписчик получает по почте не просто журнал, а палку с намотанными на неё листами литографий. Так рождалась «живая летопись» империи. Рассказываем, как крымские татары, лезгинка в Тифлисе и первые фотографы Воронежа попали на страницы одного издания. В краеведческой библиотеке Нижнетагильского музея-заповедника «Горнозаводской Урал» хранится несколько альбомов периодического иллюстрированного издания «Русский художественный листок». Журнал выходил в Санкт-Петербурге с 1851 по 1862 год под редакцией художника Василия Федоровича Тимма (1820–1895) и представлял собой уникальное явление в истории русской графики и репортажной иллюстрации. Будучи по форме периодическим сборником литографий, по содержанию он являлся «лицевой летописью» современных автору событий, охватывая военные кампании, придворную жизнь, городские сцены и, что особенно важно для историков культуры, этнографические сюжеты. Как рисовальщик стал издателем Василий Федорович (Георг Вил

В фондах Нижнетагильского музея-заповедника «Горнозаводской Урал» хранится карта города Нижний Тагил 1936 года. Обычный на первый взгляд экспонат – но именно он стал отправной точкой для исследования, которое связало несколько музейных коллекций и раскрыло историю семейных связей. Фамилия в нижнем углу Карта Нижнего Тагила 1936 года с присоединённой к нему территорией была выполнена 4-й Государственной картфабрикой ВКТ ГУГСК НКВД СССР. Картографическим материалом для составления послужили топографические съёмки 1922–1932 годов и специальные ведомственные съёмки. Названия населённых пунктов и речных систем были согласованы со списком, изданным в Уралоблисполкоме в 1928 году. Карта многоцветная, в правом верхнем углу дополнена планом центральной части города. Изучая картографические источники, очень часто сталкиваешься с фамилиями картографов. Благодаря хорошей читаемости в нижней левой части можно прочесть: «составитель карты Адрианов И. В., технический редактор Попрядухин П. В.». Именн

В 20–30-х годах ХХ века, после периода революции, гражданской войны и новой экономической политики, изготовлением и росписью металлической посуды и подносов в Нижнем Тагиле занимались небольшие артели и кустари-одиночки. В результате объединения артелей «Пролетарий», «Красная заря», «Лопата-ковш», «Искра» и «Смычка» в 1930 году была создана артель «Металлист». Работниками артели «Металлист» было начато производство стальной эмалированной посуды широкого бытового назначения: от посуды и расписных подносов до кроватей и рудничных тачек. В 1928 году произошел резкий рост производства подносных форм после внедрения штамповочного пресса, сконструированного инженером П.А. Дьячковым. Ручную отковку заменила штамповка и количество выпускаемых подносов значительно увеличилось. Деятельность артели стала приобретать производственный характер, что негативно сказалось на художественном уровне изделий. Роспись становится малоинтересной, с упрощенными растительными мотивами и бедной цветовой гаммой.

Когда речь заходит о традиционных промыслах коренных народов Урала и Сибири, часто представляется нечто обобщенное: тайга, соболь, лук и терпение. Однако у манси (вогулов) охотничья культура была выстроена до мелочей. Здесь каждый зверь требовал своего подхода, своего оружия и даже своего времени года. Это была не просто добыча пищи, а продуманная система, в которой опыт передавался из поколения в поколение. Охотничий промысел манси состоял из охоты на крупного зверя и птицу – так называемой «мясной» охоты – и «пушной», которая со временем приобрела важное торговое значение. Особое место среди пушных промыслов занимала белка. Этот маленький зверек служил своеобразной валютой: именно беличьи шкурки были единицей при уплате ясака – дани, которую вносили в казну. Чтобы добыть белку, охотники ходили с собакой. Четвероногий помощник выслеживал зверька на дереве, а человек бил его из лука. Интересно, что на промысле белки и боровой птицы использовали стрелы с тупыми наконечниками. Сделано эт