Радуга жизни🌈⛈🌤

- Макс, ты серьёзно? Я должна сидеть с твоим ребёнком на больничном? Я должна забирать из сада, отводить, сидеть с ним по вечерам, пока ты на работе? - Марина, ты вообще можешь не работать, зачем тебе это. У меня бизнес, нам на всех хватит. Никто же не думал, что моя бывшая так поступит. Теперь еще и теща бывшая меня в её смерти обвиняет. - А теперь ещё и я тебя обвиняю. Ты ничего не сказал мне про бывшую жену, про ребёнка. Я узнала об этом неделю назад, спустя четыре года после свадьбы. То есть, когда мы женились, ребёнок появился на свет. Как ты вообще мог так поступить? - Так получилось. А теперь ничего не поделать. Сдать его в детский дом рука не поднимается. - А я должна! Если это твой ребёнок, то занимайся им сам. - У меня бизнес. - А у меня работа. Хорошая работа. Я собиралась строить карьеру и рожать своих детей. А что теперь? - Пока у нас есть ребёнок. - У тебя. - У меня. Ты же моя жена, должна мужа поддерживать во всем. - Я не против твоего ребёнка, мне даже жалко его

Вера и Аркадий вышли в сад, надо было осмотреть всё после зимы, побелить деревья, убрать мусор. День выдался солнечным и тёплым, наконец-то после дождей выглянуло солнце. Трава уже зеленела на солнечной стороне дома, а в низине за забором осталось совсем немного снега, но скоро и его не будет. - Наверное наши молодые яблони в этом году дадут хороший урожай. - Пора уже, пять лет нашему дому и саду столько же. - Быстро время пролетело, а сколько мы мечтали об этом. Отдыхать тёплыми вечерами на веранде, пить чай с малиновым вареньем. *** А начиналось все со съёмной квартиры. Аркадий приехал на учёбу в училище из маленькой деревни, в которой даже школы не было. Детей возили на автобусе, но иногда и он ломался. Тогда все шли просто пешком три километра. Пропускать не разрешали. Деревня вымирала. Кто мог – уехали, остались только те, которым и податься было некуда. Среди них оказались и родители Аркадия. Родни у них не было, богатства не нажили. Вроде и не пили, но жили бедно. Тогда Арка

Мария и Григорий смотрели сериал. Григорий, как очень часто бывало, уже засыпал, а его жена вязала грелку на заварочный чайник. Иногда она находила время для такого домашнего творчества. Под фильм хорошо вязать. Небольшие вещички всегда получились красивые и неповторимые. Много она просто раздарила родственникам. Банные мочалка в форме зверюшек, грелки на чайники, подставки и салфетки. Все что она сама могла придумать или найти в интернете. Недавно она вязала фигуры для украшения сада. Их можно было повесить на дерево, или даже натянуть на старое ржавое ведро. При желании и в баню с ними можно идти, материал как на мочалках, им и дождь нипочём. Летом на клумбе с бархатцами располагались две такие лягушки, а на старой яблоне висела сова. Сейчас они зимовали в теплице. Мария уже думала чем разнообразить её зоопарк к лету. Звонок телефона раздался ровно в девять вечера. - Маруся, не спите ещё? У меня к тебе дело. Привет сестра. Так её всегда приветствовал только брат, сначала про дело,

Первый год болезни Бориса оказался очень тяжёлым. Недомогание пришло в самом начале весны. Природа расцветала, а ему стало плохо. Хотел отлежаться, отдохнуть, но отдых ничего не дал. Слабостью усталость. Жена и дети еле уговорили обратиться в больницу. Болезнь развилась очень быстро, третья стадия. Лечение помогало плохо, состояние ухудшалось. Борис переживал, летом предстояло отремонтировать дом родителей, который достался ему в наследство. Они собирались там жить с Аней, от города совсем близко. Дети бы приезжали, отдыхали. Родственники, знакомые. У Бориса с Аней была дача, там всегда собирались большие компании на праздники, дни рождения. Борис любил принимать гостей, как и его родители раньше. Наверное это от них и передалось. Дачу продали осенью, а весной должен быть ремонт дома. После этого они хотели продать и свою старую квартиру. Она давно их не устраивала, старый деревянный дом на восемь квартир, на окраине. Половину квартир занимают маргиналы. Деньги с продажи пошли бы на но

Ирина была беременна, когда её муж Федор неожиданно сообщил о беременности своей матери. – Ну, а что такого. Меня она родила в восемнадцать, сейчас ей еще и сорока нет. – Нет. Федя, ей к моменту родов как раз будет сорок. Это её дело, не наше, но... – Какое тут может быть «но», мама второй раз вышла за муж, ее Борька хочет ребёнка. – Просто твоя мама обещала нам помогать. – Она и не отказывалась. Просто сказала, что у меня скоро будет брат или сестра. Она еще не знает кто, но мне бы хотелось брата, девочка у нас и самих будет. Ирина промолчала. Они не собирались останавливаться на одном ребёнке. Фёдор всегда завидовал, что у друзей есть братья или сёстры. Вот и своих детей он хотел как минимум двоих. У Ирины была сестра и они очень хорошо общались. Родители не делали между ними разницы, не выделяли. Попадало сразу Ире и Марине, хвалили Марину, значит и сестру тоже. Никто не обижался, не завидовал, и не пытался перетянуть родительскую любовь на себя. Ира хорошо перенесла беременн

Анна Васильевна медленно шла по коридору на завтрак. Она не привыкла, но освоилась. Привыкнуть к такому может быть и возможно, но... На завтрак каша, какао с бутербродом. Ненавистное с детства какао. Она вспоминала свою молодость. Воспоминания, как картинки фильмов всплывали. Конец одного, начало следующего. Любимый муж, дети. Рождение первой дочки, второй, и наконец-то сынок. Первые шаги каждого. Вот бегут они у кромки моря, собирают ракушки. А вечером Анна читает им сказки и они засыпают. В доме тишина, они с Борисом пьют чай и смотрят телевизор. Прекрасное время. Дети пошли в школу, уроки, задачки, слёзы, первая любовь, первые разочарования. Потом свадьбы, внуки. Очень быстро жизнь пролетела, а теперь время тянется медленно. Борис умер в шестьдесят два года, остановилось сердце. И после этого все полетело, повалилось, развалилось... Анна Васильевна осталась одна в своём доме. Дочери приезжали редко, только сын каждую неделю навещал. А потом произошла авария. Михаил разбил машину

Лето в деревне выдалось особенно жарким. Солнце палило нещадно, высушивая землю до трещин, и даже вечерняя прохлада приносила лишь мимолетное облегчение. В таком зное жизнь текла медленно, размеренно, как и сам Иван Петрович, местный старожил, уважаемый всеми без исключения. Его дом, утопающий в зелени старых яблонь, всегда был полон запаха свежескошенной травы и душистого чая. Иван Петрович, несмотря на свои восемьдесят пять лет, был крепок и ясен умом. Он знал все деревенские новости, мог дать мудрый совет и всегда был готов помочь соседям, будь то починка забора или совет по урожаю. Одиночество его было не тягостным, а скорее осознанным – жена ушла в мир иной много лет назад, сын погиб, а он привык к тишине и собственным мыслям. Но в этом году тишина была нарушена. Однажды утром, когда Иван Петрович, как обычно, поливал любимые розы покойной жены, к его калитке подъехали микроавтобус и машина. Из них высыпала целая делегация – племянники, племянницы, их супруги и даже внуки. Дальни

- Люся, прости, но я от тебя ухожу. - Что? Я конечно подозревала, но не думала об этом. У нас трое детей. Что ты скажешь им, Эдуард? - Я их заберу с собой. У меня там дом большой, места хватит. Сестра у них будет, девочка и наша Настя ровесницы. Будет два и два. Два сына две дочки. Дружить будут. Пусть к сельскому труду привыкают. - У тебя дом? Откуда? И почему чужого ребёнка ты называешь дочкой? - На самом деле дочка не моя, но это не важно. Дом тоже не мой, но мы все будем там жить. Я свою жизнь устроил, а ты свободна. Ищи себе мужа, без детей это будет сделать лучше. О тебе же забочусь. Ты ещё не такая и старая. Дети у тебя есть, но жить будут со мной. Можешь и не рожать больше. - А кто это так решил? У кого спросил? - Я! Отец! А спрашивать не собираюсь! Сказал и всё! - Вот как! Ты последний год в своих командировках сколько заработал? Ты хоть копейку привёз детям? Детям в школу кто одежду покупал? Я, в долги залезла, но купила. А на еду? А на кружки, секции? Сейчас не так, как

Оля и Юля сестры, родные. Оля старшая, Юля любимая. - Оля у нас ни на кого не похожа, – говорили обе бабушки. – Наверное в дальних предков пошла. Не похожа, действительно не похожа, как будто подменили её в роддоме, а может мать нагуляла. Свекровь постоянно на это намекала. А вдруг подмена, вдруг ребёнок больной, генетика плохая? По телевизору покащывали много случаев. Убедили проверить, даже мать не обиделась. Ничего такого, родная дочь, оба родителя родные. Когда Оле было шесть, родилась Юля. Вот она была похожа на мать. Про Олю тогда просто забыли. Все лучшее доставалось младшей. На старшую почти не тратились. Хочет Оля шоколадку, а оказывается Юле памперсы нужны, на шоколад денег нет. Что важнее? Мороженое хочет, но Юле нужно специальное питание. Куклу? Снова нет. Юле нужны развивающие игры. Куртку? Из старой Оля ещё не выросла, а Юлечка быстро растёт. Так было со всем. Оле только необходимое, а Юле всё. Оля сама учись, а Юле лучших репетиторов. Потому, что Оля старшая, а Юля тал

Муж уехал по путевке в санаторий, а Антонина занялась генеральной уборкой. Только три дня назад отметили день рождения мужа, юбилей – пятьдесят. Гостей было много, в основном родственники и коллеги мужа. Со стороны Тони были только её мать и сестра. Ничего такого, юбилей Александра, значит и гостей выбирает он. Двадцать пять человек едва поместились в просторной веранде. Готовить Тоне помогала сестра Анна, кое-что делала и их мать, семидесятидвухлетняя женщина. Несмотря на возраст она хорошо справлялась с домашними делами. Гости были в восторге от шикарного стола, не забывали поблагодарить хозяйку за тёплый приём. Подарки были в основном в конвертах. Александр уже мечтал купить новую лодку, а может даже катер. Свои накопления добавит и будут они ездить на рыбалку. Тоня любила рыбачить, увлечение с детства. Ещё отец научил её кидать спиннинг, насаживать червяка на крючок, пользоваться сачком и садком. Если надо, то Тоня могла и сеть закинуть, хотя это нарушение. В любых тонкостях рыба