Светские сплетни с Малиновской

Татьяна Лазарева* внезапно признала: хотеть домой — это нормально. Правда, тут же добавила порцию скепсиса, пытаясь отговорить своих подписчиков от возвращения. Но против фактов не попрешь: когда за простейшую пломбу в Европе просят состояние, а банковский перевод идет неделю, ностальгия по привычному комфорту становится невыносимой. Татьяна Лазарева* сменила амплуа. Из телеведущей и бывшей участницы «Смеха без правил» она переквалифицировалась в психотерапевта. Клиенты — те, кто уехал, но теперь хочет обратно. Самый популярный запрос: «Нормально ли, что я хочу вернуться в Россию?» Лазарева* успокаивающе кивает и объясняет: это абсолютно нормально — хотеть туда, где чувствуешь себя в безопасности. Логика железобетонная. Человек сидит за границей, пьет утренний кофе, смотрит на чужую улицу и вещает о том, как хорошо там, где его нет. Сама признает: в России безопасно. Сама добавляет: «Люди там изменились, как раньше уже не будет». Рассуждает предсказуемо, потому что иначе не может. Инач

Друзья, давайте поговорим о том, каково это — работать в кадре с «трудным» гостем. Олеся Иванченко честно призналась, что выпуск с Лебедевым стал для неё самым тяжелым испытанием. Пока сеть спорит, кто прав, а кто виноват, звезды объединились в поддержку ведущей. Нужно ли артистам терпеть любой характер гостя ради рейтингов или пора ставить хамов на место? У меня есть своё (возможно, отличное от вашего) мнение на этот счёт. Сейчас всё объясню. «Неудобное предложение» в эфире: как Лебедев напомнил, что безнаказанность — лучший афродизиак для хамства Отец одиннадцати детей делает ведущей неприличное предложение. В прямом эфире. На камеру. В стране, где за нецензурную лексику в общественном месте теоретически штрафуют. Артемий Лебедев не изобрел велосипед. Он просто сел на него и поехал по ведущей. Шоу «Натальная карта» задумывалось как психологический разбор гостя. Получился разбор ведущей. Олеся Иванченко пыталась залезть в голову дизайнеру. Лебедев спустился ниже. Кульминация — фраз

Сегодня обсуждаем тему, которая касается каждого. Кирилл Плетнев открыто признался: его лишний вес — результат тяжелого лечения, а не вредных привычек. Казалось бы, стоит посочувствовать, но интернет-эксперты решили иначе. Разбираем, почему Лариса Гузеева назвала критиков «зверюшками» и почему нам всем пора перестать оценивать людей по размеру одежды. А что для вас важнее в актере: его форма или его роли? «Забей, Кирилл»: почему Розанова и Гузеева поддержали Плетнева Кирилл Плетнев попал в классическую ловушку публичности. Он пришел поговорить о чужой беде — о друге с алкогольной зависимостью. А ушел оправдываться за свой внешний вид. Логика некоторых комментаторов проста: «поправился — значит, пьет и не следит за собой». Диагноз по фотографии. Без медосмотра, без разговора. Плетнев повел себя как взрослый. Не промолчал. Объяснил: «Я не пью семь лет. У меня гормональное лечение. Я борюсь с весом каждый день». Эти объяснения не всех остановили. Потому что цель троллей — не правда, а эмо

Маша Распутина празднует победу: первый кассационный суд подтвердил её право на подмосковное поместье. Супердива уверена, что «правда за ней», ведь она годами вкладывала в этот дом не только деньги, но и свою энергию. Пока певица принимает поздравления, в сети разгораются споры о том, защищены ли права бывших жен в таких ситуациях. А на чьей стороне вы? Первый кассационный суд общей юрисдикции вчера поставил точку в громкой истории о дележке дома Маши Распутиной. Исковые требования о разделе имущества отклонены. Певица ликует. «Справедливость восторжествовала», — сообщает она корреспондентам «Московского комсомольца» (источник: МК). Только давайте без фанфар. Суд встал на сторону Распутиной не из-за её божественной ауры и не потому, что она двадцать пять лет вешала люстры. Решение принято по простому юридическому факту. Брак с Виктором Евстафьевичем зарегистрирован, но супруги фактически не живут вместе и не ведут общего хозяйства. Давно. Штамп в паспорте оказался не щитом, а просто фо

Мы привыкли к громким спорам в сети, но случай Виктории Бони и Владимира Соловьева стал главной темой недели. Речь уже не о простом обмене любезностями, а о защите чести и достоинства. Боня утверждает, что защищает всех женщин страны, а её оппонент уверен, что за этим стоят совсем другие интересы. Кто в этой истории прав, а кто просто ловит волну хайпа? Давайте разберемся. Пока одни годами оттачивают навык публичного негодования в федеральных эфирах, другие вспоминают о гражданской позиции ровно в тот момент, когда задели лично. Виктория Боня, экс-звезда реалити, а ныне мать-одиночка и налогоплательщица, устала. «Хватит, достаточно» — и подписывает коллективный иск против Владимира Соловьева и Виталия Милонова. Причина проста до зевоты. Соловьев в своей манере усомнился в праве Бони говорить от лица кого-либо, кроме котиков из Монако. Милонов, вечно озабоченный чужой биографией, подлил масла в виде слова на букву «э». Боня в ответ включила режим «Фемида в блестках». Иск будет коллектив

Анатолий Евдокименко уже четыре года живет в Лондоне, называя себя «кочевником» и продюсером. Однако вместо триумфа на мировых лейблах мы видим изможденного мужчину, который заметно сдал позиции. Почему наследники громких фамилий часто оказываются не приспособлены к реальности, как только выходят из зоны комфорта? Разбираемся в причинах творческого кризиса Анатолия. Анатолий Евдокименко когда-то был хорошеньким мальчиком с обложки. Бабушка — София Ротару, дорога в модельный бизнес открыта, будущее рисовалось в розовых тонах. Сейчас ему 32. Он живёт в Лондоне, пишет электронную музыку и выглядит так, будто только что вышел из подвала, где прятался от кредиторов. Комментаторы в панике: «Господи, что с ним стало?», «Помню, такой красавец был», «Неужели всё так плохо?». Да, всё плохо. Потому что смотреть на это без содрогания невозможно. Внук великой певицы превратился в обычного уставшего мужичка с осунувшимся лицом и потухшим взглядом. Он не просто похудел — он растворился. От того холён

Тема ответственности известных блогеров перед законом продолжает волновать общественность. На этот раз поводом для дискуссии стала перепалка Сабины Агаларовой и юриста Екатерины Гордон. Одна считает, что «правда глаза колет», а другая призывает к «рукопожатности». Как вы считаете, уместно ли оправдывать финансовые махинации личными обстоятельствами? Жду ваше честное мнение в комментариях! Сестра Эмина против Гордон: «А не эта семейка отвадила тебя ссаными тряпками?» Сабина Агаларова, сестра Эмина, высказалась о Лерчек и Артёме Чекалиных так, что у защитников этой парочки случился когнитивный диссонанс. По версии Сабины, инфоцыгане получили по заслугам. И зачем им сочувствовать, если они сознательно шли на преступления? В бой ринулась Катя Гордон, общественный защитник Чекалиных. «Тетя наезжает на смертельно больную», — написала Екатерина. Мол, людей, которые оскорбительно относятся к тем, кто сейчас в тяжёлом положении, нужно отменять и делать нерукопожатными. Но Сабина ответила коротк

Красная дорожка в этом году превратилась в настоящую площадку для смелых решений. Кто-то, как Кристина Асмус, выбрал нежность, а кто-то решил пойти ва-банк с «античными» корсетами и прозрачными тканями. Екатерина Волкова уже назвала это «шапито», а как считаете вы? Где проходит грань между искусством и желанием просто попасть во все заголовки? Жду ваше мнение в комментариях! Красная дорожка ММКФ 2026 года выглядит так, будто организаторы случайно отправили приглашения не в Голливуд, а в отделение неотложной психиатрической помощи. Кружевные колготки, золотые корсеты, прозрачные платья, небритые подмышки и полное отсутствие намёка на то, что эти люди вообще понимают, куда они пришли. Екатерина Волкова, известная по «Ворониным», высказалась резко и по делу. «Как в оперу ворвались пьяные родственники. Они не бунтуют, они просто не понимают, куда попали». Это лучшая метафора происходящего. Волкова права: одежда — это жест уважения к фестивалю и к тем, кто был до тебя. Когда на дорожку выхо

Мы привыкли к шику и блеску красных дорожек, но 2026 год преподнес сюрпризы. Пока одни звезды остаются верны классике, другие выбирают хайп любой ценой. Екатерина Волкова считает, что мы перестали ценить уважение к кино. Мы собрали мнения экспертов и комментарии зрителей о «новом стиле» фестиваля. А что для вас важнее на дорожке: красота или эпатаж? Кружевные колготки, золотой корсет и небритые подмышки. Это не описание персонажа из фильма ужасов. Это образ гостьи Московского международного кинофестиваля. Блогерша, имени которой никто не запомнит, вышла на красную дорожку в том, в чём нормальный человек не выйдет даже в собственный санузел после землетрясения. Екатерина Волкова, известная по «Ворониным», выдержала паузу и всё сказала. «Как в оперу ворвались пьяные родственники», — это она про происходящее на ММКФ. «Они не бунтуют, они просто не понимают, куда попали». Золотые слова. Человек, который годами выходил на дорожки в приличных платьях с открытыми плечами, имеет право требоват

Мы привыкли видеть эту семью в свете софитов, но нынешние будни на Кипре диктуют свои правила. На свежем фото именинница позирует в окружении родных, и подписчики сразу заметили, как выросли Лиза и Гарри. Но главная интрига даже не в этом, а в тех, кто в кадр не попал. Почему «семейный совет» оказался неполным и что происходит за кулисами этой идиллии? Обсуждаем факты. И, конечно, немного эксклюзива от меня. Кристина Орбакайте произнесла одну фразу, и эта фраза сказала больше, чем любой скандальный заголовок. «Ну вот мы и собрались все… Почти все. Идем отмечать день рождения Аллуси». Она стояла на улице где-то на Кипре вместе с мужем Михаилом Земцовым, сыном Никитой и братом Гарри. Родственники прилетели на 77-летие Аллы Пугачёвой, но слово «почти» повисло в воздухе как невысказанный диагноз. Оно оказалось важнее всех улыбок на общих фото. Фолловеры пересчитали гостей мгновенно. «А средний внук где? И Клавдия? Мы всех пересчитали», «А где Клава и Дени?» — эти вопросы посыпались под по