Хроники Пруссии

Для начала - необходимое предисловие. Накануне Второй мировой войны в командовании Красной армии преобладало мнение, согласно которому, огнеметы не решают самостоятельных боевых задач. А потому должны использоваться только в тесном взаимодействии с пехотой, танками, артиллерией и саперами. Задача огнеметчиков в наступлении заключалась в выжигании обороняющегося противника из укрытий. Практика применения в боях показала, что переживший огненный шквал враг, как правило, спешно покидал блиндажи и прочие равелины, попадая под воздействие стрелкового оружия и пушек с минометами. В 1940 году химические (т. е. огнеметные) танковые бригады были расформированы, а их материальная часть передана в танковые дивизии создаваемых механизированных корпусов. Однако вскоре после начала Великой Отечественной огнеметные танки из танковых полков изъяли, летом 1942 года сформировав пять отдельных огнеметно-танковых батальонов и одну отдельную огнеметно-танковую бригаду Резерва Верховного Главнокомандовани

В западнопрусском городе Кульм (сегодня это польский Хелмно) в семье местного учителя 29 августа 1866 года родился очередной ребенок. Надо сказать, что Фридрих Вильгельм Лёнс и его супруга Клара с завидной регулярностью пополняли ряды своего потомства, совместными усилиями произведя на свет дюжину детишек – из которых, правда, в итоге выжило лишь семеро. Хилым оказался и мальчик, названный Германом. - Не жилец, - вздохнул врач, осмотрев метавшегося в тифозной горячке «киндера». Но эскулап ошибся. Каким-то чудом маленький Герни не только выжил, но даже закончил - правда, только со второй попытки – школу в Мюнстере, куда семья переехала в 1884 году. Получив спустя пару лет аттестат зрелости, болезненный юноша по настоянию отца начал посещать подготовительные курсы, чтобы поступить на медицинский факультет университета в Грайфсвальде. - По крайней мере, потом сэкономишь на лечении собственных болячек, - пояснил сыну расчетливый фатер Фридрих Вильгельм. Однако новоиспеченный бурш, едва ока

В первом представлении к боевой награде тогда еще гвардии капитана Ивана Шаманова в графе «Социальное положение и происхождение» записано буквально так: «Рабочий из рабочих». Потом в аналогичных документах после первого слова уже ставили запятую, но, думается, именно тот вариант как нельзя лучше соответствовал истине. И не только потому, что родившийся 25 сентября 1908 года в деревне Новосельцы Смоленской губернии мальчик на самом деле был из семьи рабочего, а по окончании школы сам трудился на лесопильном заводе. Просто еще немного позже он стал одним из тех «воздушных рабочих войны», о которых поется в песне из кинофильма «Хроника пикирующего бомбардировщика». Социальным лифтом (как сегодня бы выразились) для Вани Шаманова стала армейская служба, на которую его призвали в 1927-м. Оценив потенциал бойца (как-никак, за плечами десятилетка, чем могли похвастаться далеко не все новобранцы, да и к поступлению в вуз готовился еще на «гражданке»), командование вручило ему комсомольскую пут

Ближе к концу XIX века бурно растущий - преимущественно вширь - Кёнигсберг вплотную столкнулся с проблемой развития общественного транспорта. Городские власти не стали изобретать велосипед, положившись на мировой опыт, и 26 мая 1881 года запустили по улицам трамвайчик на конной тяге. Новая услуга пользовалась спросом, и всего через девять лет общая протяженность восьми маршрутов кёнигсбергской конки уже составляла 21, 3 километра. Достаточно внушительным выглядел также парк подвижного состава из 226 лошадей и 86 вагонов. Но пруссаки не были бы пруссаками, если бы и тут не попытались навести экономию, сообразив, что, если отказаться от прокладки рельсовых путей, расходы можно заметно снизить. С этой целью «Общество кёнигсбергской конно-железной дороги» 8 сентября 1883 года открыло первую омнибусную линию - от Гезекусплатц (в современных ориентирах это район здания «Ростелекома» на Ленпроспекте) в Трагхайм (сегодня – район улиц Пролетарской - Иванникова). Однако менее чем через месяц мар

Это сегодня, услышав фамилию «Фонвизин», среднестатистический выпускник российской школы сможет (будем надеяться) припомнить какого-то там недоросля Митрофанушку и, дай бог, старорежимную пьесу с почему-то «советским» названием «Бригадир». А в конце XVIII века Денис Иванович считался одним из самых значимых отечественных драматургов, талантливым переводчиком, прозаиком и поэтом, а также авторитетным публицистом. К его словам прислушивались, его мнение ценили, поэтому, думается, будет небезынтересно узнать о впечатлениях этого видного представителя екатерининской эпохи от Европы, куда русские дворяне ездили подлечиться и расширить собственный кругозор. В нашем случае обе эти цели наличествуют: в 1777-1778 годах Фонвизин возил супругу к европейским докторам, а еще через шесть лет отправился в Германию уже с сугубо туристическими целями. Между прочим, побывать там Денису Ивановичу, что называется, на роду было написано. Поскольку даже его фамилия и тогда, и вплоть до середины следующего в

Заслышав вдали веселое улюлюканье и топот множества лошадиных копыт, возвращавшиеся с еще не сжатых полей по домам крестьяне спешили свернуть с дороги. – Опять наш господин куролесит со своими приятелями, - осуждающе качали головами степенные бауэры. – Затопчут еще с пьяных-то глаз. Как можно так вести себя? Добро бы еще праздник был, а то самая что ни на есть середина недели, среда. Впрочем, таким греховодникам без разницы… Несколько разряженных всадников на богато убранных конях неслись галопом, во все горло распевая застольные песни. Не обращая внимания на жавшихся к обочине смердов, хмельные помещики, продолжая настегивать своих скакунов, спешили из трактира Люненбурга к другой заветной цели – фольварку Фрица Диркхаймера, пригласившего собутыльников продолжить пирушку у него дома. На полном скаку развеселая компания вылетела из-за очередного поворота и тут же невольно придержала лошадей. Взглядам помещиков предстала воздвигнутая на лесной опушке П-образная виселица, на длинной пере

Осенью 1982 года с карты Калининграда исчезла улица Садовая. Точнее, одна из Садовых, которых до сих пор в областном центре и его окрестностях предостаточно – имеются едва ли не в каждом садоводческом товариществе. Ну а в нашем случае речь идет о той, что расположена за Северным обходом в поселке Совхозный. Превращенное в мощный укрепрайон имение гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха Гросс-Фридрихсберг в апреле 1945 года штурмовали, в том числе, и бойцы 350-го гвардейского тяжелого самоходно-артиллерийского полка, среди которых был рядовой Анатолий Павленко. Избитое выражение «человек со сложной судьбой» в данном случае, пожалуй, вполне уместно. Родившийся в 1903 году в украинском селе Журавлиха Толя еще в детстве переболел полиомиелитом, оставшись на всю жизнь хромым. Так что, о карьере военного парень, которого даже для срочной службы в армии признали негодным, даже не мечтал. Выучившись на зоотехника, работал в одном из подмосковных колхозов. Несмотря на свой физический недостаток

В своей борьбе с пришедшим на их земли Тевтонским орденом пруссы не чуждались тактических приемов, которые немцы считали бесчестными и низкими. Жалобами на подобные проявления коварства со стороны аборигенов переполнены все орденские хроники. К примеру, самый известный летописец Петр из Дусбурга рассказывает о некоем персонаже из за́мка Висенбург в Бартии. По всей видимости, это был кто-то из местных князей, служивших цивилизаторам. В 1260 году, после очередного набега язычников из соседней Судовии, дотла разоривших окрестности крепости, где укрылось мирное население, этот самый нобиль предложил отомстить. Дескать отягощенные добычей ятвяги (суть те же судовы) идут медленно, не ожидая погони. Посему их будет легко настигнуть и разбить. Соблазн был велик. Тевтонцы быстренько сколотили карательный отряд и устремились на поиски дерзкого неприятеля. Однако, не имея точных данных о маршруте судовов, вскоре сбились со следа. Поплутав сутки по полям и лесам, христиане махнули было рукой на не