Casus Belli

1 января 1869 года бразильские пехотинцы под командованием полковника Эрмеса Эрнесто да Фонсеки вошли в Асунсьон. Город встретил солдат Империи зловещей тишиной. Поврежденный тяжелыми артобстрелами дворец маршала Франсиско Солано Лопеса, здание таможни, железнодорожная станция и кафедральный собор утопали в густой летней дымке. Столица Парагвая казалась совершенно вымершей. Передовые части не обнаружили ни замаскированных редутов, ни готовых к залпу артиллерийских батарей. Президент Аргентины Бартоломе Митре когда-то самонадеянно обещал взять этот город за три месяца. Три месяца растянулись на долгие четыре года беспрецедентной кровавой бойни. К моменту падения Асунсьона сам Митре уже полгода, как оставил президентское кресло. Основные силы союзной армии прибыли из лагерей Вильеты 5 января. Командующий бразильским контингентом маршал Луис Алвис ди Лима и Силва, маркиз ди Кашиас, приказал устроить помпезное триумфальное шествие. Войска вступили в парагвайскую столицу в парадной униформ

К исходу 27 декабря 1868 года главнокомандующий союзными силами маршал Луис Алвес ди Лима и Силва, маркиз ди Кашиас, раздавил парагвайскую армию. Радость старого служаки омрачала лишь одна вопиющая деталь. Президент Франсиско Солано Лопес ушел. Диктатор выскользнул из захлопывающегося капкана в сопровождении эскадрона личной охраны из 90 всадников. Маркиз ди Кашиас совершил серьезную ошибку, не бросив кавалерию в немедленную погоню. Бразильский главнокомандующий, подобно американскому генералу Джорджу Макклеллану, оказался парализован собственной осторожностью. Военный корреспондент газеты The Standard позже вынес этому решению безжалостный приговор «Даже если бы Парагвай кишел алмазами Голконды или рудниками Калифорнии (отсылка к древним алмазным копям Индии и калифорнийской золотой лихорадке - CB), это не стоило бы крови, пролитой при Ломас-Валентинасе. Ломас-Валентинас была бесплодной победой, поскольку Лопесу позволили бежать, и эта ужасная ошибка еще будет стоить союзникам свежих

Крах парагвайской армии К концу декабря 1868 года война Тройственного альянса достигла своей кульминации. Потеряв Умайту, президент Парагвая Франсиско Солано Лопес выстроил новую оборонительную линию вдоль русла ручья Пикисири. Командующий союзной армией маршал Луиш Алвис ди Лима и Силва, маркиз Кашиас, не решился на её фронтальный штурм. Бразильский полководец провел двадцатитысячный контингент через непроходимые топи Гран-Чако, выйдя в глубокий тыл парагвайцам. После неудачных для гуарани боев при Итороро и Аваи, 21 декабря имперские войска атаковали вражеский штаб на высотах Ломас-Валентинас (Ита-Ивате). Поскольку гуарани успели укрепить это направление, штурм обернулся мясорубкой. Бразильцы лишились более чем четырех тысяч солдат убитыми и ранеными. Обороняющаяся армия потеряла вдвое больше и сократилась до горстки истощенных бойцов, а береговая артиллерийская батарея Ангостура оказалась полностью отрезана от основных сил. Утром 22 декабря осознавший катастрофическую нехватку резер

Битва при Ита-Ивате Этот бой (в историографии его название также пишется как Итаивате и Ита-Ибате), первый этап масштабного сражения при Ломас-Валентинас, произошел 21 декабря 1868 года. После вынужденной сдачи мощной крепости Умайта президент Парагвая Франсиско Солано Лопес принял стратегическое решение отступить к Асунсьону. Главной задачей инженерных частей стало выстраивание сплошной оборонительной линии вдоль русла ручья Пикисири, в 130 километрах к югу от столицы и в 200 километрах к северу от потерянной Умайты. Главнокомандующий основал свою новую штаб-квартиру в Ломас-Валентинас (Ита-Ивате) и незамедлительно занялся возведением укреплений оборонительной линии. При проведении земляных работ парагвайцы в полной мере пользовались бездействием бразильской речной эскадры, которая после захвата Умайты не предпринимала активных действий на фарватере Парагвая. Фронтальная лобовая атака на укрепленную линию Пикисири представляла колоссальный риск для войск Тройственного альянса, несмо

Пока 10 декабря 1868 года бразильская армия готовилась нанести решающий удар, парагвайский диктатор Франсиско Солано Лопес вел переговоры с американским адмиралом Дэвисом. Переговоры эти не имели никакого значения и не сулили никаких результатов. В это самое время генерал Бернардино Кабальеро выстроил полукругом у подножия холма близ ручья Аваи свои немногочисленные войска, в основном состоящие из подростков и стариков. Солдаты спешно вгрызались в землю и сооружали брустверы. После жестокого боя у моста через Итороро слегка пополненный отряд генерала Кабальеро насчитывал 5593 человека при 18 артиллерийских орудиях. Кавалерия была представлена только 8-м полком майора Берналя (около 600 сабель). Кабальеро прекрасно понимал безнадежность ситуации. Бразильский главнокомандующий маркиз ди Кашиас не собирался давать ему времени на возведение полноценной обороны. Впереди парагвайских позиций расстилалось широкое открытое пастбище. Союзные войска могли обойти обороняющихся с любой удобной с

4 декабря 1868 года броненосцы Императорского флота поднялись выше Ангостуры и за сутки перебросили на левый берег более 20 тысяч человек. В передовых эшелонах шли 1-й корпус генерала Жасинту Машаду де Битенкура и 2-й корпус маршала Александри Гомиса де Арголу Феррао Фильо; 3-й корпус маршала Мануэла Луиса Озориу выводился на восток обходной колонной к Ипане и далее, чтобы разрезать тылы парагвайцев. Маршал Луиш Алвиш ди Лима и Силва, маркиз Кашиас, инспектировал батальоны, проверял состояние обозов и сводил роты в ударные группы. В его распоряжении находились 16 999 пехотинцев, 926 кавалеристов и 742 артиллериста. В конце 1868 года армия Кашиаса разительно отличалась от того расхлябанного войска, которое полтора года без особого успеха осаждало Умайту. Маршал значительно подтянул дисциплину в войсках. Изменив своему обыкновению расставлять на ключевые посты лично преданных (хотя зачастую некомпетентных) людей, командование войсками авангарда он поручил самым способным офицерам. Маркиз

В конце 1868 года война для Парагвая вступила в стадию тотального истощения. Франсиско Солано Лопес, будучи посредственным стратегом и откровенно плохим полководцем, оказался весьма толковым менеджером. В условиях катастрофической нехватки ресурсов парагвайский лидер демонстрировал поразительную изворотливость. Маршал долго гнал от себя мысль о возможном обходе его оборонительной линии через дикие заросли Чако, но, приняв, наконец, реальность, приступил к лихорадочному укреплению рубежей. В парагвайском лагере к этому времени на положении заложников находились несколько десятков европейцев. Среди иностранных дипломатов надвигающееся генеральное сражение вызвало панические настроения: они обоснованно полагали, что в случае прорыва бразильцев Лопес устроит кровавую вакханалию. Маркиз Луис Алвис ди Лима и Силва, более известный под своим титулом маркиза ди Кашиаса, к этому времени прекратил блокировать проход нейтральных судов по фарватеру реки. Бразильский полководец прагматично рассчит

Тройственный Союз трещит по швам К 1868 году Аргентина подошла в состоянии глубокого политического и социального истощения. Война Тройственного союза против Парагвая, которая изначально преподносилась как быстрая и победоносная кампания, превратилась в кровавую мясорубку. В европейских столицах и даже внутри стран-союзниц Парагвай всё чаще воспринимался не как агрессор, а как героический Давид, истекающий кровью в неравной схватке с чудовищным Голиафом. В аргентинском обществе начало нарастать гнетущее чувство вины: люди осознавали, что простой парагвайский народ страдает слишком сильно и не заслуживает таких мучений, какими бы ни были грехи маршала Лопеса. Это сочувствие к врагу, смешанное с банальной усталостью от бесконечных сводок о собственных потерях, требовало немедленного изменения политического курса. Для Буэнос-Айреса 1868 год стал временем болезненного переосмысления приоритетов. Действующий президент Бартоломе Митре доживал свои месяцы в статусе «хромой утки». Его пробрази

В августе 1868 года парагвайская кампания вступила в свою решающую фазу. После падения крепости Умайта главнокомандующий союзными силами Тройственного альянса Луис Алвес ди Лима и Силва, маркиз Кашиас, развернул масштабное наступление на север вдоль левого берега реки Парагвай. Бразильские, аргентинские и уругвайские полки промаршировали более двухсот километров, практически не встречая сопротивления, но 19 августа авангард союзников уперся в непреодолимую преграду. Это был новый, дьявольски грамотно обустроенный рубеж обороны вдоль ручья Пикисири. Эта оборонительная линия многократно превосходила по своей мощи знаменитые траншеи Курупайти. Британский инженер-подполковник Джордж Томпсон, состоявший на службе у парагвайского диктатора, спроектировал систему укреплений длиной 9,1 километра. Парагвайцы оборудовали 142 артиллерийские платформы, перекрывающие секторами обстрела все возможные подходы. Геометрия позиции превращала ее в смертельную ловушку для любой наступающей армии. Правый ф