ЗАЩИТА ПРАВА

В основе любого судебного разбирательства лежит принцип диспозитивности. Это фундаментальное правило означает, что стороны сами распоряжаются своими правами и определяют ход процесса. Именно истец решает, кого, о чем и на каком основании он просит суд. Пока истец сам не изменит иск в установленном процессуальным законом порядке, суд не вправе подменять его в этом вопросе В соответствии с частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, это право действительно принадлежит исключительно истцу. Он может его реализовать в суде первой инстанции до принятия итогового решения, но не позже. Здесь кроется важный нюанс. Суд не связан той правовой квалификацией, которую предложили стороны. Это значит, что если истец требует взыскать долг, ошибочно ссылаясь на одну статью ГК РФ, а суд придет к выводу, что применима другая, он может самостоятельно применить надлежащую норму права. Это — правовая квалификация. Однако суд не вправе подменять фактические обстоятельства дела. Если

Кейс из практики: лоток для сброса воды, разрушенная плитка и один важный правовой принцип. В Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа поступило дело № А78-1193/2024. Суть спора, на первый взгляд, бытовая, но с точки зрения права — фундаментальная: истец требовал взыскать убытки, демонтировать сборный лоток для сброса воды от входа в нежилое помещение и восстановить тротуарную плитку. Ответчик, естественно, возражал. Типичная линия защиты: «Это не мы, это само сломалось, и вообще вы не доказали нашу вину». Но суд принял иное решение, удовлетворив требования в части. И ключевым здесь стал принцип распределения бремени доказывания. Суд констатировал простой факт: доказан факт наличия недостатков, возникших в результате проведения ремонтных работ. То есть следственная связь «ремонт = разрушение плитки и проблемы с лотком» прослеживалась. Но самое интересное — в обосновании. Суд сослался на пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 25 от 23.06.2015, где черным по белому написано: Истец

Представьте ситуацию: вы передали кому-то в пользование помещение, договор подписан, но спустя время выясняется, что подпись на документе поставил кто-то другой. Можно ли признать такой договор незаключенным? Недавнее дело, рассмотренное Арбитражным судом Центрального округа, даёт однозначный ответ: если стороны фактически исполняли сделку, ссылаться на отсутствие подписи — недобросовестно. Гражданин Бурьянец Д.А. оспаривал договор безвозмездного пользования нежилым помещением от 03.06.2021. Его аргумент: договор от имени Бурьянец З.М. подписало неустановленное лицо. В подтверждение он представил экспертизу, проведённую уже после смерти Бурьянец З.М., которая показала, что подпись выполнена иным лицом с подражанием. Логика простая: подпись не настоящая → договор не заключён. Но суды посмотрели на ситуацию шире. Оказалось, что стороны вели себя так, будто договор существует и действует: Более того, сособственник Проявко В.И. заключил договор аренды того же помещения с ООО «Соц

В спорах о взыскании долга нередко можно услышать от заёмщика: «А докажите, что у вас вообще были такие деньги! Откуда они у вас взялись?». И иногда суды (ошибочно) начинают требовать от займодавца подтверждения его финансовой состоятельности — справки о доходах, налоговые декларации, договоры купли-продажи имущества. Такой подход противоречит закону и многолетней практике. Разберёмся, почему займодавец не обязан доказывать источник происхождения переданных взаймы денег и кто на самом деле должен доказывать безденежность договора. Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса РФ, договор займа считается заключённым с момента передачи денег или других вещей. Если есть письменный договор и расписка заёмщика, закон презюмирует, что деньги переданы. Ни в ГК РФ, ни в каких-либо иных нормативных актах нет обязанности займодавца доказывать, за счёт каких именно средств (личных, кредитных, подаренных, полученных от бизнеса) он предоставил заём. Статья 812 ГК РФ прямо говорит: заёмщик вправе

"КАЛЕНДАРЬ ЮРИСТА" программа для юристов и адвокатов синхронизирована с базами МОЙ "АРБИТР" и ГАС "Правосудие", есть поиск по судебной практике В судебной практике России иногда возникают казусы, которые наглядно демонстрируют важность строгого соблюдения процессуальных норм. Одним из таких показательных примеров стала ситуация по делу № 16-КГ25-40-К4, в котором кассационный суд общей юрисдикции допустил столь грубую техническую ошибку, что его собственное определение было фактически сведено на нет. В основе спора лежало требование о взыскании неустойки с ООО «Мазда Мотор Рус» — официального дистрибьютора автомобилей Mazda в России. Суть претензий истца заключалась в нарушении сроков удовлетворения требований потребителя (наиболее вероятно — нарушение сроков ремонта, возврата денег за некачественный автомобиль либо нарушение сроков поставки запчастей), что давало право на взыскание с компании значительной неустойки, а также, возможно, штрафа за отказ добровольно удовлетвор

В судебной практике нередки случаи, когда иск предъявляется к лицу, которое уже умерло, или смерть ответчика наступает в процессе рассмотрения дела, однако суд первой инстанции этого не замечает и выносит решение, затрагивающее права наследников. Казалось бы, апелляционная инстанция призвана исправлять подобные фундаментальные ошибки. Однако иногда суды апелляционной инстанции формально производят замену ответчика на наследника, но продолжают рассматривать жалобу по правилам апелляционного производства, не предоставляя новому участнику процесса тех гарантий, которые он имел бы в суде первой инстанции. Верховный Суд РФ в одном из своих определений (№ 117-КГ25-15-К4 от 03.02.2026) указал на недопустимость подобного подхода. Рассмотрим конкретную ситуацию, которая наглядно демонстрирует, почему установление факта смерти ответчика и непривлечение его наследника к участию в деле в суде первой инстанции влечет безусловную обязанность апелляционного суда перейти к рассмотрению с

В рамках длительного арбитражного разбирательства между российским предприятием и контрагентом было заключено мировое соглашение. Формально стороны урегулировали разногласия относительно основного долга. Однако после этого российское предприятие обратилось в суд с иском о взыскании процентов, которые, по мнению истца, не были прямо урегулированы условиями достигнутого компромисса. Суды нижестоящих инстанций разошлись в оценке ситуации, что и привело к передаче спора в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ. Отменяя постановление суда округа и оставляя в силе решения первой и апелляционной инстанций, Верховный Суд сформулировал ключевой правовой подход, основанный на статье 10 Гражданского кодекса РФ (пределы осуществления гражданских прав). Высшая инстанция подчеркнула, что при оценке условий мирового соглашения (или иной примирительной процедуры) суды должны исходить из его цели. Если действия стороны направлены на взыскание дополнительных санкций (процентов, неустоек)

Дата: 20 марта 2026 года Инстанция: Арбитражный суд Удмуртской Республики Дело: № А71-19500/2025 В современном арбитражном процессе появляется новый тренд — суды начинают активно использовать общедоступные цифровые инструменты не просто как справочную информацию, а как самостоятельный элемент исследования доказательств. Громкое дело, рассмотренное Арбитражным судом Удмуртской Республики, показало, что при определении лица, ответственного за нарушение авторских прав, судья может официально обратиться к поисковой системе Google и принять во внимание сводный ответ (обзор), сгенерированный нейросетью (ИИ). В рамках дела № А71-19500/2025 рассматривался спор о защите исключительных прав на фотографическое произведение. Истец (общество) утверждал, что ответчик использовал его фотографии без законных оснований. Ответчик, в свою очередь, пытался доказать, что не является лицом, ответственным за размещение спорного контента на цифровой платформе. Ключевым стал вопрос о том, кто именно осу

"КАЛЕНДАРЬ ЮРИСТА" мобильное приложение для юристов и адвокатов синхронизирован с базами МОЙ "АРБИТР" и ГАС "Правосудие", есть поиск по судебной практике С 3 апреля 2026 года в России вступили в силу важные поправки в статью 446 Гражданского процессуального кодекса РФ. Эта статья устанавливает перечень имущества, на которое нельзя взыскивать долги (так называемый «имущественный иммунитет»). Теперь многодетные семьи получили две существенные гарантии: сохранение единственного автомобиля и земельного участка, полученного от государства. Разбираемся в деталях, как это работает в рамках исполнительного производства и что делать, если вы проходите процедуру банкротства. Главная новость для семей с тремя и более детьми — запрет судебным приставам изымать единственный автомобиль за долги. Однако здесь есть строгие условия, которые должны соблюдаться одновременно: Важно: Норма распространяется только на легковые автомобили, необходимые для перевозки детей. Если автомобиль используе

"КАЛЕНДАРЬ ЮРИСТА" мобильное приложение для юристов и адвокатов синхронизирован с базами МОЙ "АРБИТР" и ГАС "Правосудие", есть поиск по судебной практике В своем определении Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ сформулировала два фундаментальных тезиса, которые должны стать ориентиром для всей судебной системы. 1. Оценка доказательств — «священная корова» нижестоящих судов ВС РФ напомнил