Сердца и судьбы

Предыдущая часть: И ведь так всё и оказалось на самом деле. Новоявленный брат Олег, узнав о существовании старшей сестры, в бурный восторг, конечно, не пришёл — какие тут восторги, когда тебе за тридцать лет сообщают, что у тебя есть ещё один родственник, о котором ты понятия не имел? — но и никакой враждебности к Нине не проявил. Отнёсся к новости спокойно, по-взрослому, сказал, что рад знакомству, и предложил встречаться, общаться постепенно, без давления. Так и начали общаться, как дальние знакомые, которые постепенно присматриваются друг к другу. Действительно нормальный парень оказался — спокойный, умный, хорошо воспитанный, с отличным чувством юмора. Но интересы у них с Ниной были совсем разные, и на отцовское наследство она, как и предполагала, не претендовала. Владимир Анатольевич подал иск об установлении отцовства, и суд довольно быстро его рассмотрел, благо все документы были в порядке, а тест ДНК не оставлял сомнений. По этому случаю приехал в город и дед Борис — свидетелем

Предыдущая часть: Мужчина посмотрел на неё так пристально, словно хотел просверлить в ней дырку и взять пробу на содержание урана и редкоземельных металлов. Несколько секунд он молчал, раздумывая, а потом махнул рукой. — А ну зайдите, пожалуйста, в комнату. Похоже, дело такого рода, что на пороге не решить и за пять минут не разобраться. Присаживайтесь, я слушаю вас очень внимательно. Мужчину звали Владимир Анатольевич Корсаков. Рассказ Нины — о детстве в Лепатовке, о деде Борисе и бабушке Зое, о её злоключениях в городе, о браке с Егором, о Мишутке и о том, как дед наконец раскрыл тайну её рождения, — он выслушал крайне внимательно, не перебивая, только иногда задавал уточняющие вопросы. И к концу её печальной повести выглядел так, словно его, как говорится, огрели мешком пыльным из-за угла — оглушённый, растерянный, злой. — Ну, Светка, погоди, попадёшься мне в руки, я тебя придушу собственными руками, к чертям собачьим, — высказался он наконец с такой искренней ненавистью, что Нине с

Предыдущая часть: Лариса приехала часа через два, привезла кое-какой снеди по мелочи — сыр, колбасу, хлеб, фрукты для Мишутки — и бутылку красного вина. — Посидим спокойно, выпьем по чуть-чуть, расслабимся немного, — предложила она. — Глядишь, ты станешь в жизни больше светлого видеть, а это, между прочим, и практически помогает. Можешь мне поверить, я знаю, о чём говорю. Так она этот ассортимент объяснила. Ну что ж, тоже вариант, почему бы и нет? Хворавший Мишутка больше спал, чем бодрствовал, температура спала после лекарств. Да и вообще он был мальчик спокойный, не капризный, спасибо бабушке Зое за воспитание. Сели подружки на кухне, разлили напиток в чашки за отсутствием нормальных бокалов, выпили по глоточку, под разговоры, за жизнь, за мужскую неверность. Вскоре Нина с удивлением поняла, что её, что называется, развезло. Ноги стали ватными, язык заплетался, мысли путались. Её это немного удивило — пили-то они совсем немного, всего по паре глотков, но она удивлялась бы куда меньше

Предыдущая часть: А дальше всё просто пошло естественным путём, как это часто случается, когда молодые люди проводят много времени в одном месте. В клуб приходило немало молодых людей, среди них попадались и симпатичные, и вполне приятные в общении, и совсем не обязательно они обращались с официантками по-свински, как многие другие. Многие были вполне милы и воспитаны. Вот и Нине такой попался — сделал комплимент, попросил номер телефона, пригласил погулять. Познакомились поближе, вроде как друг другу понравились, нашли общие темы для разговора. Встретились пару раз вне работы, ещё больше понравились. Вскоре дело дошло до того самого, от чего дети бывают, а потом, как это нередко случается, и до самих детей — незапланированно, но вполне предсказуемо. Забеременела Нина. Её молодой человек, которого звали Егор, проявил себя с самой лучшей стороны — не сбежал, не сделал вид, что ничего не случилось, а тут же предложение руки и сердца сделал, причём вполне искренне, как показалось Нине. Он

Клавдия Васильевна принадлежала к той редкой породе женщин, которые не выносят бестолковщины и предпочитают решать любые проблемы на корню, не дожидаясь, пока они разрастутся до невиданных масштабов. Жила она в Лепатовке, где каждый кустик на обочине и каждый покосившийся крестик на деревенском погосте были ей знакомы с детства. В тот промозглый ноябрьский вечер, когда сырость пробирала до костей даже сквозь тёплый тулуп, Клавдия Васильевна направлялась проведать могилу своей давней подруги Зои, с которой они когда-то и соль делили, и радости. Каково же было её возмущение, когда на кладбищенской лавочке она обнаружила спящую девушку. Клавдия Васильевна с горечью подумала, что ничего святого нет в людях. На погостах умудряются спать, как у себя дома. Посмотришь на такое безобразие — начинаешь жалеть, что всяких вурдалаков с упырями только в сказках выдумали. В самый раз бы им такой пищевой рацион организовать: и монстры сыты, и людям чистота да порядок. — Эй, выпивоха, поднимайся, пока