Это история о том, как в небольшой деревушке, затерянной в сибирских просторах, жили два человека - он и она - Василий и Василиса.

Полюбили друг друга, поженились, жили в новом доме рядом с родителями Василия. Кстати, этот дом до сих пор стоит в полупустой деревне, и в нём живут люди. Дружно жили, деревня уважала работящую семью. Но не всё у них было гладко: четверо деток умерли сразу после рождения, а потом в 1924-м родилась девочка, а за ней пятеро мальчиков. Но не суждено было Василисе деток поднимать, умерла в родах в 1932 году. Долго Василий не мог найти женщину, чтобы и женой стала, и детей помогла поднять. Но потом всё же привёз вдову с двумя парнишками из другой деревни, стали жить вместе, родилось ещё трое детей. Но двое мальчиков умерли в младенчестве, а дочка выросла хорошей хозяйкой и доброй женщиной. Не суждено было Василию вырастить детей. В 1941-м началась война, и он один из первых был призван на фронт. До 1943 года прошагал он дорогами войны без единого ранения. Но надо же такому случиться: погиб в двенадцати километрах от родного села Никоновичи Быховского уезда, откуда были родом все его предки.
В 1897 году будущий тест Василия Иоанн отправился ходоком в далёкую Сибирь. Его покорили бескрайние лесные просторы, вольные земли. Именно поэтому в деревушке из шести дворов он успел поставить избёнку, разработать небольшой участок земли. И вернулся домой, где уговорил младшего брата, которого звали Иван, свою семью перебраться в суровые края, где ему так поглянулось. Василисе был всего год, но как-то добрались с тремя детьми. В Сибири ещё четверо родились. Росли, трудились. Старшенький Прокоп тот вообще был мастеровым, всё умел делать. Было у семьи хорошее качество - во всём помогать своим родным, и так было всегда, особенно на новом месте, где всем было нелегко.
Родители Василия выехали в Сибирь тоже из Никоновичей в 1898 году. Тронулись в дорогу два брата с семьями. Пережили все дорожные трудности, а по прибытии Семён построил большую избу на солнечной стороне ещё полупустой улицы. Брат Григорий устроил подворье на берегу речушки Мякушевой. В семье Григория родилось шестеро детей, у Семёнчика трое, Василий родился в 1890-м году.
Переселенцы часто вспоминали, какой долгой и трудной была дорога в далёкую Сибирь. Отправляли их в столыпинских вагонах. Причем в маленький вагон размещали по 30-40 человек. Было очень тесно, душно, тяжело… На остановках кормили горячими обедами. А так люди в дороге питались всухомятку. Эти вагоны ехали медленно. Из Беларуси до ст. Татарской такой поезд шел не меньше трёх недель.. По прибытии на сибирскую станцию каждый должен был зарегистрироваться в переселенческом пункте. Обычно там же получали переселенческую ссуду. У степняков покупали лошадей и с телегами, и молодых жеребцов без упряжи, и добирались до Крутихи недели две, отдыхая у придорожных деревушек.
Главное, люди верили, что Сибирь станет им новой родиной – богатой, ласковой, сытой. Так и прижились в этих суровых краях. Переселенцам достались в основном или непроходимая тайга, и тогда нужно было выкорчевывать огромные пни, убирать валежник, а уж потом распахивать целину, засевать зерновыми. В деревне возле домов строили загоны для скота, разводили огород, где обязательно сажали картоху, капусту, овощи. Весна, лето и осень были заполнены тяжёлым крестьянским трудом, а с началом зимы начинались деревенские свадьбы, простые, но такие весёлые. Василий присмотрел Василису на Масленицу, когда катались на тройках и раскачивались на высоких качелях на Сморгони. Свадьба была после Покрова, когда управились с делами на поле и в огороде, съездили на ярмарку в волостное село, купили инвентарь для хозяйства ну и наряды для свадебного торжества. Так и породнились две семьи, приехавшие в далёкую Сибирь из Никоновичей. Недолго прожили вместе, всего-то 14 годков, умерла Василиса, младшие мальчишки её и не помнили, а восьмилетняя девочка Липочка всегда помнила, говорили, что и похожа она была на мать, а парнишки на отца.
С тех пор прошло уже более ста лет. И никого из потомков Василия и Василисы уже нет в этой дальней деревне. Да и сама деревня почти разъехалась, а ведь когда-то здесь была церковь, школа, которую открыли ещё в 1912-мм году, хороший дом культуры, богатая библиотека, почта, медпункт, магазины…. Да что теперь…Безжалостное время летит над опустевшими улицами, брошенными домами. Но до сих пор потомки переселенцев рассказывают, что увидели их бабушки и дедушки, приехав в Сибирь, как обустроили места, где им предстояло жить, и какой большой и доброй была деревня Крутиха. Шумят ветра на старом погосте, а куда девать память? Она жива вечно…