Клуб Благополучия (Психолог)

Сказка про весеннее небо.

В одном большом городе, где многоэтажные дома упирались макушками в небо, жила девочка по имени Весна. Не по имени времени года, а потому, что внутри у неё всегда что-то цвело и пело. Однако, иногда, особенно после долгой зимы, она забывала об этом цветении. В один из таких дней она вышла на балкон и подняла голову.
Небо было ярким, голубым, без единого облачка, таким чистым, что его хотелось пить. И вдруг она увидела: по этому бесконечному голубому полотну кто-то провёл длинные белые линии.Они тянулись от горизонта до горизонта, пересекались, расходились, словно кто-то чертил на невидимом листе свою тайную карту.

Вечерний чай.

На фото вечер трудного дня, но вечер особенный, ещё совсем светлый, не набравший чернильной густоты. Петербургское небо разливается бледной акварелью, и в этой прозрачности дома на горизонте кажутся не просто зданиями, а чем-то былинным, крепостными стенами огромного, бесконечного города. Они цветные, яркие, и их так много, что горизонт исчезает за ними. Город знает свою мощь.

Дворы Петербурга.

Смотрите: вот он, тот самый петербургский двор, о котором никто не рассказывает в путеводителях. Здесь не сырость и не колодезный полумрак, а весна, разлившаяся по воде и веткам. Река Оккервиль течёт неторопливо, блестя на солнце, как растопленный янтарь. Солнце уже не зимнее, бледное, а яркое, почти звонкое и рассыпается по водной глади тысячей искр. Кажется, если прислушаться, можно услышать, как они позванивают.

Городским проспектам и улицам посвящается.

Этот длинный, широкий проспект (путепровод), как живая артерия, соединяет два огромных района города. Он не красива в привычном смысле, ведь здесь нет уютных двориков и речек, здесь другой ритм. Сплошной поток машин, фары в хвост, стоп-сигналы вспыхивают, как дыхание пробки. И всё же этот проспект один из главных в городе, потому что без него два мира распадутся на две отдельные вселенные, и люди, живущие по разные стороны, станут неблизкими соседями.

Творчество это не только картины, а ещё и суп.

В словах Абрахама Маслоу: «В отменно приготовленном супе существенно больше творчества, чем в плохой живописи!», я нахожу некоторое успокоение (ведь люблю возиться на кухне с готовкой). Потому что многие привыкли думать о креативности как о чём-то высоком: поэмы, симфонии, мраморные статуи. А на самом деле творчество это когда вы с утра смотрите в холодильник, находите там вчерашний рис, яйцо, кусочек сыра и укроп и через десять минут у вас на столе блюдо, от которого семья ахает. Или когда вы, чтобы помирить поссорившихся друзей, придумываете неочевидный ход, например, не «извинись первым», а что-то эдакое, от чего все вдруг начинают смеяться и

Давайте просто поболтаем.

Садитесь поудобнее, чай горячий, печенье вот. Давайте просто поболтаем. Я недавно наткнулась на одну статью, и она меня так согрела, как этот чай. Там была история про писателя Хаксли, которому задали вопрос: «Как сделать свою жизнь лучше?» А он ответил не про успех, не про деньги, не про саморазвитие со списком дел. Он сказал: «Старайтесь быть немного любезнее». Сначала я подумала, что слишком просто, правда? Однако, потом вчиталась.
Ведь многие сейчас к любезности относятся с подозрением. Кому-то кажется, что это старомодная формальность, как поклоны в прошлом веке. Кто-то видит в ней лицемерие: улыбаемся, а сами думаем своё. А третьи вообще боятся, что за этим с

Место силы

Весна в этом году пришла не по календарю, а по ощущению, вдруг, решительно и нежно. Ещё вчера город был серым, уставшим от зимней тяжести, а сегодня солнце наклонилось так низко и так тепло, что захотелось скинуть всё лишнее и помыть машину. В такие моменты я особенно остро чувствую: наши ритуалы говорят о нас больше, чем мы привыкли думать. Очередь на мойку в эти дни это не скопление металла, а живая, дышащая общность. Мы (автовладельцы) ждали больше часа. В другое время это стало бы испытанием, но сегодня ожидание было частью таинства, стояли, греясь в лучах, и каждый из нас, сам того не замечая, проходил маленькую психотерапию светом.
Когда моя очередь, наконец, подошла, я поп

О «братьях наших меньших»

В профессии психолога редко встретишь случайные детали: интерьер кабинета, поза клиента, интонации голоса и всё это становится частью большой мозаики внутреннего мира человека, однако, иногда самые важные открытия ждут нас не на кушетке, а по дороге к ней.
Недавно я пришла к клиенту на дом. Жилой дом: спальный район, стандартная лестничная клетка, приглушённый свет в коридорах. И тут мое внимание привлекло объявление. Оно было не грозным («Не кормить голубей!») и не формальным, а каким-то душевным. В нём говорилось о том, что жильцы этого дома любят животных. Настолько любят, что не оставили эту любовь на уровне индивидуального порыва, а превратили в настоящий мале